Журналистика и медиа: сто лет назад и сегодня

За сто с лет со дня революционных событий произошло много всего. Сменились правители, поколения людей, поменялись медиасистемы. Тем интереснее увидеть параллели и пересечения в журналистике и медиа тогда и сегодня.

1917: от Революции до Проекта

Содержательное обсуждение важнейшего события в отечественной истории XX века сто лет спустя рискует стать «прогулкой по минным полям». «Дискуссия», инициированная депутатом Натальей Поклонской вокруг фильма «Матильда» задолго до его премьеры – предупреждение всем желающим «об этом поговорить». Месседж информационной кампании предельно точен: за честь и достоинство императора-страстотерпца готовы постоять солидные защитники, «аргументы» которых весомы и разнообразны.

Свои защитники, впрочем, есть и у Владимира Ульянова-Ленина, тело которого, по-прежнему выставлено на всеобщее обозрение в мавзолее на главной площади страны. Хотя и вокруг захоронения некогда вождя снова раздувается искусственная дискуссия.

«Проект 1917» старается уравнять в правах все разговоры о революции и вокруг юбилейной даты.

Идея проста: исторический контент помещается в формат социальной сети à la Facebook. Записи публикуются в режиме реального времени, но сто лет спустя

Случайно выбранный день — 21 апреля. Императорская чета празднует 23-ю годовщину помолвки. Об этом пост Николая II, аАлександра  Федоровна (геотег «Царское Село») постит трогательную фотографию. Велимир Хлебников в Харькове встречает весну. Керенский рассуждает о выборе места для памятника жертвам революции. Демьян Бедный размещает новый стих. Лондонский пользователь Олдос Хаксли пишет лично  публичное сообщение леди Оттолайн Моррелл. В специальном поле справа – ссылка на «игру дня»: «Не пусти Ленина в Петроград». А еще можно сыграть в «Тиндер 1917» и найти себе пару из другой эпохи. Матильда Кшесинская или Марина Цветаева? Петр Струве или Владимир Маяковский?

Социальная сеть уравнивает не хуже пистолетов «Кольт». Эффект усиливается, если пользователям из дней минувших помогают современные редакторы. Создатели «Проекта 1917» поселили на одной медийной платформе носителей разных точек зрения, дав слово каждому. Поразительно, как в современной «фейсбучной» обертке оживают голоса, звучавшие сто лет назад, вновь становятся звонкими и убедительными.

«Проект 1917» позволяет сделать еще одно важное наблюдение. Сто лет назад, задолго до появления Интернета и онлайн коммуникаций, российская элита генерировала достаточно контента, чтобы репрезентировать себя в формате социальных медиа. Конечно, команда «Проекта 1917» собирает материалы из разных источников – газет, дневников, писем и др. Не все они предназначались для печати. Мы не найдем здесь фотографий котиков, ресторанных блюд или туалетолуков. Коммуникативная культура изменилась, однако благодаря «переводу» с языка «той» культуры» на «эту» появляется возможность сравнивать, искать параллели и пересечения.

Зафиксировав этот тезис, оставим «Проект 1917» с его авторами и сделаем несколько шагов в том увлекательном направлении, которое они нам указали

 

Российские медиа и государство

С момента запуска при личном участии Петра I «Ведомостей», первой печатной газеты, средства массовой информации в России остаются делом государственной важности. В Советском Союзе государство полностью контролировало медийное пространство страны. В досоветский и постсоветский периоды власть не претендовала на монополию, выступая, с одной стороны, регулятором медийной деятельности, а с другой, крупнейшим индустриальным игроком. При этом новые правила игры в медийной сфере всегда объявлялись в контексте существенных изменений социально-политического характера. Однако, в скором времени после смены правовой базы документы начинали обрастать поправками и дополнениями «на злобу дня».

Действующий сейчас Закон «О средствах массовой информации» № 2124-1 укладывается в общую закономерность. Он был принят 27 декабря 1991 г. на фоне развития многопартийности и рыночных отношений. Документ готовился еще в «печатную» эпоху: Россия унаследовала от Советского Союза развитую систему телевизионного и радиовещания, однако, основными источниками социально политической информации для населения на тот момент были газеты и журналы. Об Интернете было известно узкому кругу специалистов, до первой презентации Яндекса оставалось 6 лет.

За неполные 26 лет, прошедшие со дня принятия закона, поправки в него вносились 40 раз. Связаны они, в основном, с общественно- политической конъюнктурой..

Как и 100 лет назад, власть предпочитает управлять СМИ посредством административного ресурса, в гораздо меньшей степени используя правовые механизмы

Наряду с выполнением функций регулятора, российское государство традиционно выступает в роли крупного собственника медиа. Ряд СМИ принадлежат ему напрямую, это активы холдингов ФГУП ВГТРК и МИА «Россия сегодня», ИТАР ТАСС и др. Однако многие медийные ресурсы контролируются и финансируются опосредованно. В данной связи выделим АО «Газпром-Медиа Холдинг», дочернюю структуру контролируемого государством АО «Газпром», и ЗАО «Национальная Медиа Группа» — частный холдинг, принадлежащий близкому к государству крупному бизнесу.

Хотя власть дотирует медийные структуры, многие из них активно зарабатывают на рекламе. Примерно так же обстояло дело и 100 лет назад.

 

Медиа в России 100 лет назад

Главным государственным печатным органом был основанный еще в 1868 году «Правительственный вестник», подобно современной «Российской газете» публиковавший официальную правительственную информацию. Существовала серия тематических газет — так называемых прибавлений к «Правительственному вестнику», самое популярное среди которых — «Сельский вестник» — имела собственную типографию и приложения. В 1838 г. началось формирование сети официальных региональных изданий – «Губернских ведомостей». В начале XX века издавалось немало консервативных изданий, которые поддерживали правительство. Например, старейшие «Петроградские ведомости» (ранее — «Санкт-Петербургские»); «Московские ведомости», учрежденные императрицей Елизаветой Петровной при Московском университете в 1756 г.; выпушенная в октябре 1905 г. газета «Россия», для организации которой Николай II передал 100 тыс. рублей председателю Русского собрания Д.П. Голицыну и т.д.

Среди коммерческих медиапредприятий в дореволюционной России выделим два. Во-первых, это «Товарищество И.Д. Сытина и К». Для «издателя, вышедшего из народа», как назвал Сытина А.П. Чехов, типография изначально была источником дохода: он открыл дело в 1876г., женившись, чтобы кормить семью. Сытин тонко чувствовал запросы аудитории и предлагал востребованный продукт, будь то лубочные оттиски, карты с информацией о ходе боевых действий во время русско- турецкой войны, дешевые томики отечественных поэтов и писателей или оставшаяся незавершенной «Военная энциклопедия». Именно компания Сытина с 1891 по 1917 годы издавала журнал «Вокруг  света», основанный в 1861 г. О.М. Вольфом и продолжающий свое существование уже более полутора веков.

В контексте российской медиасистемы начала XX века из сытинских проектов нас интересует прежде всего газета «Русское слово», тираж которой в 1917 г. составлял более 1,2 млн. экземпляров. Небывалый показатель для империи, население которой, в основном, состояло из неграмотного крестьянства! Примечательно, что «Русское слово» было не только самой массовой, но и самой дешевой ежедневной газетой.

Сравниться с «Русским словом» по популярности могло только «Новое время», детище журналиста, писателя и издателя А.С. Суворина. По свидетельству С.Ю. Витте, эта газета наряду с «Санкт-Петербургскими ведомостями» целиком доставлялась для прочтения Николаю II, и публикации в ней часто имели политические последствия. Газету критиковали из разных политических лагерей, что как правило было связано с продуманностью и адекватностью позиции, занимаемой редакцией «парламента мнений», как называл свой проект Суворин.

Итак, сегодня государство не только дотирует СМИ, но и зарабатывает на медиарынке, причем гораздо активнее по сравнению с началом прошлого столетия. Оно прямо или опосредованно контролирует ведущие политические и коммерческие медиаресурсы. Доминирование частных СМИ в сегменте «контента общественного интереса», подобное тому, которое было у «Русского слова» и «Нового времени» накануне 1917 г., сегодня представить сложно. Впрочем, подобная ситуация сложилась на медиарынке сравнительно недавно, буквально на наших глазах.

 

Что знает молодежь про 1917 год?

Напомним известный факт: молодые люди в принципе редко увлекаются историей. В школе ее хорошо знают те, кто выбрал гуманитарное направление и собирается сдавать профильный ЕГЭ. В высших учебных заведениях — студенты, для которых история становится профильной дисциплиной. Ближе к тридцати может появиться личный интерес рефлексивного характера. Однако, любовь к истории приходит — если вообще приходит — существенно позже.

Опрошенные молодые люди солидарны в том, что русская революция — одно из ключевых событий истории XX в., наряду с двумя мировыми войнами, перестройкой и распадом СССР, а также полетом Гагарина и другими достижениями в освоении космоса.

Дальше, однако, начинается путаница. Далеко не все смогли вспомнить, сколько в России начала XX в. было революций. Высказывались самые разные точки зрения, вплоть до экзотических.

Информация о том, что их было три, причем в 1917 году помимо Октябрьской революции была еще и Февральская, для некоторых информантов оказалась явно новой

Прямое следствие незнания деталей — упрощение. Основным конфликтом событий 1917 г., по общему мнению, является противостояние Николая II и В.И. Ленина. Когда кто-то из участников обсуждения вспоминает, что Николай II отрекся от престола в феврале, а Ленин до апреля находился за границей, данная информация вызывает живую реакцию остальных. Власть в октябре взяли большевики (не Советы!) — и т.д., и т.п. Любопытно, что из круга основных действующих лиц выпадает фигура А.Ф. Керенского. Даже те информанты, которые вспомнили о последнем, не смогли более-менее развернуто охарактеризовать его политическую роль.

И еще одна важная деталь. В программу исследования входило составление коллажей. Участники вырезали из журналов картинки, которые, по их мнению, могли служить иллюстрацией событий 1917 г., и наклеивали их на большие листы ватмана. Хотя журналы в распоряжении молодых людей были полноцветные, практически все коллажи оказались выполнены в черно-белой тональности, с добавлением красного. (Вспоминается художественное решение С.М. Эйзенштейна, вручную раскрасившего красный флаг в последнем кадре «Броненосца “Потемкин“».)

Преобладание черно-белого отсылает к особенностям документальных источников — это время известно нам прежде всего по черно-белым фотографиями и хронике. Красный же, очевидно, символизирует кровь. Однако, передача власти в 1917 году оба раза была добровольной; основные кровавые события связаны с гражданской войной, начавшейся позже.

Своими творческими работами участники исследования подтверждают мысль, согласно которой по-настоящему значимые исторические события бескровными не бывают

Представления молодежи о 1917 г., как правило, неполные и мозаичные, являются результатом индивидуальной творческой переработки разнородных источников, в числе которых постсоветская учебная литература, книги и кинопродукция советского периода, документальные свидетельства и мнения представителей старших поколений. Исторический миф о событиях столетней давности у современной молодежи сформировался под сильным влиянием медиа и массовой культуры, хотя и в отсутствие сильных текстов и художественных произведений, созданных непосредственно для данного поколения. Уместно вновь вспомнить «Проект 1917», чувствующий и развивающий общую тенденцию, однако на роль концептуализирующего текста, безусловно, не претендующий.

 

Медиа в России: системы и правила

Если события столетней давности мы воспринимаем черезсвидетельства предков, то август 1991-го помнят многие современники. Балет «Лебединое озеро» по центральному телевидению; полуподпольное существование «Эха Москвы» — единственной радиостанции, которая транслировала оперативные новости; объединенные выпуски демократических газет…

В ситуации кризиса власти медиасистема всегда реагирует одинаково. Во-первых, возникает острый дефицит информации, который часто удовлетворяется за счет новых или нетрадиционных площадок или каналов. Во-вторых, разворачивается острая борьба за медийные ресурсы, сопровождающаяся не только стремлением захватить над ними контроль, но и ограничить в публичном пространстве дискуссию таким образом, чтобы максимально исключить из нее конкурентов в борьбе за власть.

И отречение Николая II от престола, и переход власти к Советам в октябре 1917 г. сопровождались информационным дефицитом. Многие издания выдерживали паузу. Те же, которые продолжали выходить, пользовались повышенным спросом. Появлялись новые газеты. Некоторые были вскоре закрыты, другим же — например, учрежденным в марте 1917 г. «Известиям», — была уготована долгая жизнь.

И Временное правительство, и впоследствии Советы стремились к тому, чтобы максимально распространить свои идеи, не дав при этом слова оппонентам. Однако если первое боролось преимущественно с монархическими изданиями, большевики «Декретом о печати» объявили войну всей буржуазной прессе. Газеты закрывались одна за другой, их редакции и типографии занимали новые издания. В скором времени вынуждены были уехать за рубеж многие талантливые журналисты, публицисты и издатели, среди которых — один из лидеров русского либерализма П.Б. Струве, «сатириконовец» А.Т. Аверченко или А.М. Горький, писатель, впоследствии признанный основателем социалистического реализма. 

Советская власть строила новую медиасистему, работающую по новым правилам. Но это уже другая история.

Скриншоты и иллюстрация: project1917.ru

Ноя 15, 2017
Николай Сванидзе и Илья Стечкин объясняют, что такое профессиональная этика молодым журналистам (и не только)
Что такое полная свобода на радиоволнах
Цифровое разделение труда в СМИ зашло так далеко, что пора заняться внутренней кооперацией