2016. Переломный год в открытости

Многие люди в Европе с радостью и облегчением ждут окончания 2016 года, который был отмечен экономическим кризисом, а также гуманитарным кризисом, связанным с беженцами, Брекзитом, ростом популизма, а также смертью любимых кумиров — этот год и вправду был полон не самых приятных новостей. Как бы то ни было, 2016-й — также очень значимый год в истории, он напоминает нам о важнейших вещах — это год 250-летия принятия первого в мире закона об открытости и прозрачности информации, это случилось в Швеции в 1766 году

Доcтуп к информации — не современная мода, это базовое право человека, зафиксированное в Европейском суде по правам человека и других институциях и судебных инстанциях, таких как Всеамериканский суд по правам человека и Комитет по правам человека ООН.

Это также так называемое инструментальное право — оно помогает осуществить участие граждан в принятии решений, требовать соблюдения своих обещаний и обязанностей официальных лиц, а также бороться с коррупцией и всяческими злоупотреблениями, защищать гражданские свободы, оно является также гарантией реализации свободы выражения мнений. В то же время, как право для всех и каждого, право на доступ к информации является важнейшим инструментом, который позволяет гражданским организациям и журналистам выполнять свою задачу «сторожевого пса общества», держать руку на пульсе событий, что является важнейшей частью демократического общества.

На первый взгляд кажется, нам есть чем гордиться и что праздновать в год юбилея в Европе — в каждой стране существует соответственное законодательство (на Кипре и в Люксембурге приняты к обсуждению проекты), и теперь законы об открытости информации дают гражданам полное право к доступу всей информации, которой располагают правительственные организации. Бесспорно, мы не можем жаловаться на качество законодательства об открытости информации — последние реформы в Италии и Греции, к примеру, мы можем только приветствовать, но в то же время нужно понимать, что впереди ещё долгий путь к тому, чтобы международные стандарты открытости стали реальностью.

Совсем недавно Сербия почти что опередила признанного лидера по качеству законодательства об открытости информации — Мексику (по данным Global Right to Information (RTI) Rating), где произошло реформирование законодательства.

По данным рейтинга, в Европе только две страны — Словения и Хорватия — входят в десятку стран мира, представивших наиболее совершённое законодательство по свободе доступа к информации, следом за ними идут другие Балканские страны, в их законодательствах представлены наиболее сильные позиции по доступу к информации, значительно более проработанные, чем у большинства западных соседей.

Тем не менее важно помнить, что некоторые европейские страны с более старомодными и слабыми формально законами на деле являются значительно более открытыми и современными в плане реализации законодательства. Для примера — законы в Швеции и Финляндии куда менее современные и сильные, чем в Азербайджане, но совершенно несомненно, что обе являются значительно более открытыми демократическими, чем нефтеносная кавказская страна.

Так что стоит задать самим себе вопрос вне зависимости от качества закона: насколько граждане в состоянии реализовать свои права в реальности?

Могут ли они получить информацию, в которой нуждаются, от государственных и общественных учреждений для того, чтобы контролировать процесс принятия решений и принимать в нем участие? Могут ли напоминать государственным служащим об их обязанностях и знать, каким образом и почему принимаются те или иные решения?

Наше исследование процесса принятия решения показало, что 60% информации обо всех основных решениях в Европе практически недоступно для европейцев. Недостаёт практической информации, а недостаточно её открыто по требованию граждан, несмотря на то, что теоретически европейские законодательные рамки разрешают доступ к информации относительно процессов принятия решений, такие как стенограммы встреч или документы, подготовленные лоббистами.

Это касается не только соглашений такого высокого уровня, как трансатлантическое торговое соглашение или другие важнейшие торговые сделки. Наши расследователи выяснили, что очень трудно получить информацию о развитии европейских рынков в целом и национальных рынков в частности, а также о лоббистах и их влиянии. Среди примеров — соглашение о сахарной отрасли между Испанией и Евросоюзом. Причины — использование практики исключений из доступа к информации, а также просто потому, что записи переговоров не велись, не хранились или были просто утеряны.

Мы нашли положительные примеры доступа к записям и стенограммам встреч, корреспонденции и документации, подготовленной лоббистами, в части нашего исследования в Ирландии, 100 мегабайт информации по поводу взаимодействия табачной индустрии были открыты и в Британии, мы получили рукописные заметки официальных лиц после встречи в Брюсселе по поводу пересмотра правил открытости в Евросоюзе.

Но предстоит сделать ещё немало.

Правительства в Европе — да и повсюду — должны всерьёз отнестись к своей обязанности веcти полную документацию процесса принятия решений, они должны сузить круг исключений из этого правила и принимать в расчёт общественный интерес, а также тот вред, который принесёт полное и частичное сокрытие документации и полной информации. Публикация материалов о принятии решений по-прежнему остаётся первоочередной задачей. Ещё одна задача — сокращение времени, в течение которого эта информация будет доступна.

Наконец, по-прежнему важно, чтобы европейские страны и все страны соотносили ограничения в доступе к информации с международными нормами и привели собственные нормы доступа к информации к международным стандартам, зафиксированным в Конвенции о доступе к официальным документам Совета Европы, которая на сегодняшний день ратифицирована пока только девятью государствами из 47.

Скоро мы поднимаем бокал с шампанским в честь наступления Нового года, в полночь 31 декабря, так давайте также не забудем пожелать нам всем в новом году больше доступа к информации, больше доступа к решениям правительства и общей приверженности открытости.

Фото: shutterstock.com

Июл 24, 2017
Юлия Калинина, обозреватель «МК», «Золотое перо России», рассказывает о работе и о себе
15 декабря — День памяти погибших журналистов. В этом году он пройдёт уже в двадцатый раз
Выбрать наилучший заголовок из нескольких можно уже после публикации, когда читатели проголосуют кликом