Деньги и вузы

Послушал на днях диалоги знающих людей о цене высшего образования на коммерческой основе. Об этом и мы поговорим чуть позже. Но, слушая их, я вспомнил, что многие абитуриенты (и даже студенты) писали о своих сомнениях. Будет диплом журналиста, а где найти работу по специальности? Ответы на эти вопросы от других членов КМЖ были простыми и правильными: идите стажироваться, предлагайте свои журналистские материалы, даже бесплатно, в те издания, которые нравятся. Рано или поздно кто-нибудь за вас ухватится. Но за это время открылись иные проблемы. Одно за другим начали закрываться ­бумажные версии изданий. И за рубежом, и у нас.

Сначала — ​в Великобритании. Журналист уже сообщал (№ 4, апрель 2016 года), что 26 марта вышел последний бумажный выпуск газеты The Independent. Схлопнулась крупная качественная газета, основанная в 1986 году и регулярно выходившая с 1995 года (плюс воскресная толстушка).

Вы уже знаете, что в мае «Новые известия», имеющие молодую, но бурную историю, тоже перешли в цифру («по экономическим причинам»). Издание было создано в 1997 году бывшим главредом «Известий» Игорем Голембиовским и частью коллектива, ушедшего вместе с ним. Там история длиннее, но остановимся на этой цифре. Газета закрывалась, а в 2003 году трудовой коллектив возродил её. Валерий Яков, возглавлявший газету с этого момента, покинул «Новые известия».

30 июня вышел последний бумажный номер «Московской правды». Пока, говорят, что штат сохраняется. Но как? Ведь предпечатная подготовка частично уже не нужна. Цифра — ​другой мир.

Всё это я к тому, что беспокойство абитуриентов и студентов по поводу перспектив трудоустройства имеет под собой основания. Но катастрофы не случится. Медиа трансформируются в новые формы, перепрыгнут на новые платформы, и если сегодня интернет-СМИ могут открыть при благоприятных обстоятельствах как Знайки, так и Незнайки, период ломки не будет слишком долгим, и качество потихоньку вернётся в новые медиа, поскольку дети имеют свойство взрослеть, а потом (о, ужас!) даже стареть. Профессия сохранится. Полагаю, молодёжь готова к переменам, готова к конкуренции всех со всеми (поскольку все сегодня и читатели, и писатели). Думаю, общество научится и оплачивать труд журналистов в новых условиях. Мы же сегодня не о тех, кто стартует в работе, а о тех, кто начинает учёбу.

В своих диалогах «знающие люди» говорили о том, что количество бюджетных мест в вузах сокращается, а коммерческие места между тем дорожают. И ряд специальностей, ещё вчера бывших на пике популярности и востребованности, сегодня если и не «выходят в тираж», то становятся как бы второстепенными. По их словам, учёба в московских вузах на коммерческой основе будет стоить от 150 тыс. до 300 тыс. рублей в год. Я порадовался, что мои дети давно отучились, а внуку до вуза ещё далеко. Но по вредной привычке «старой школы» решил перепроверить. Оказалось, что высокая стои­мость коммерческих мест давно уже превысила названные цифры. И речь не только о Питере и Москве, но и о популярных университетах в столицах территорий. При этом прошлогодние прогнозы (о популярности тех или иных факультетов и о стоимости обучения на них) кое-где попали в молоко.

Снижаются конкурсы на факультеты, связанные с культурой и искусством. Снижаются конкурсы на поступление в гуманитарные вузы и на гуманитарные специальности вообще (включая юристов, экономистов, медиков). Самым дорогим обучением по медицинским специальностям становится стоматология. Меня, кстати, удивило снижение популярности медицинских вузов на 4%. С медициной, конечно, не всё ладно. А с чем, простите, всё ладно? Наивысшие конкурсы — ​на инженерно-технические специальности. Год назад о нехватке инженеров только поговаривали, а нынче эти специальности в лидерах. Стоимость обучения в разных региональных вузах может быть слишком разной, она складывается, как и везде, из оплаты за аренду или из налога на владение землёй, на обслуживание зданий, на зарплату обслуги, на оплату труда преподавателей. А эти цифры в регионах отличаются.

 

Важно: не верьте первому попавшемуся сайту, который выдаёт прейскурант на стоимость знаний. Проверьте и перепроверьте

Вы можете наткнуться на информацию, что в Москве есть вузы, стоимость обучения в которых составляет 28 тыс. рублей, а есть другие, где 480 тыс. рублей в год. Вторая цифра верная, первая — ​нет. Сайты не обязательно врут. Иногда вы можете открыть ресурс, относящийся, например, к 2012 году, а там прейскурант существенно отличается от нынешнего. Официозный комментатор заявил, что если стоимость обучения на коммерческой основе в столичном вузе предлагается менее 150 тыс. рублей за курс, то, что бы ни говорила администрация вуза, требуйте бумаги на государственную сертификацию этого вуза. Наверняка, мол, такой аккредитации нет. Что это значит? А то, что по окончании вуза диплом бакалавра, который вручат вашему ребёнку, никакой не диплом, а просто сувенир, который можно купить в переходе метро. Юридической силы в таком дипломе не будет, и никто его не признает. Я верю официозному комментатору, но он сказал не всё. Есть вузы, которые были лишены аккредитации «в процессе». Чаще всего их объединяют с другим вузом. Иногда перевод студентов в новый «университетский колхоз» тоже связан с затратами (чтобы зачли, например, всё, что было у вас зачтено). Не обязательно так. Может быть и иначе, но вы проверьте, узнайте, уточните, чтобы потом не было мучительно больно за бесцельно потраченные дензнаки.

И ещё важно: поступление в вуз на коммерческой основе совершенно не означает, что студент купил индульгенцию за все будущие грехи. Его могут исключить (без возвращения, конечно, потраченных средств) за «хвосты», за плохую успеваемость, за плохую посещаемость лекций и семинаров, за… Остановлюсь. Перечень длинный. За те же проступки исключают и студентов-бюджетников.

Коммерческий вариант меня не радует, с одной стороны, поскольку очевидно вводит некий имущественный ценз на образование, что как-то ловко обходит Конституцию. С другой стороны, одна лекция-семинар, проведённая несколько лет назад с «коммерческими» третьекурсниками одного из популярных вузов, оставила у меня впечатление, что эти ребята и в школе не учились (27 человек, кажется), из них только одна девочка могла с блеском учиться в любом вузе. Сопровождавший студентов преподаватель до лекции ещё шёпотом предупредил меня: «Они ничего не знают. Это коммерческие. Многие почти не посещали занятий. Да, их выгоняли. Потом приходили родители, платили за пересдачу, некоторые нанимали своим чадам репетиторов, и чада возвращались в свой университетский ад». «Но как же? — ​спросил я его. — ​Ведь ребята в итоге получат дип­ломы государственного образца и будут, как и отличники, называться специалистами, журналистами!»

Тогда преподаватель вздохнул и развёл руками. Он сказал, что часть этого народа и не собирается заниматься журналистикой, родители им обеспечат тёплое место. Да, пример не из вчерашнего дня. Но сегодня, по моим сведениям, всё стало гораздо жёстче. Это не значит, что имущественный ценз не играет никакой роли. Просто ценз этот не гарантирует вожделенных корочек. А без корочек даже богатый папа не сможет посадить дитя на тёплое место.

Сразу хочу сказать, что знаю многих замечательных студентов из разных вузов, которые учатся на коммерческой основе. Некоторых потом переводят в бюджетники (когда кого-то из нерадивых бюджетников исключают). Но моё дело предупредить, то есть вооружить вас неким знанием. Больше ничем помочь не могу. У меня денег нет, так что держитесь.


Июл 21, 2016
Рецепты успеха от петербургского интернет-издания
В ноябре 2015 года старейшая газета Кореи «Чосон ильбо» завела у себя отдел виртуальной реальности (VR). И вот что увидела
Честных журналистов убивают. И почти всегда — безнаказанно