И стала осень бабьим летом

Вот уже тысячу лет, а скорее, гораздо больше дни ранней осени, когда «весь день стоит как бы хрустальный и лучезарны вечера», называют бабьим летом и высоким слогом поэзии признаются ему в любви: «Есть время природы особого света, // неяркого солнца, нежнейшего зноя. // Оно называется бабье лето // и в прелести спорит с самою весною» (Ольга Берггольц).

Для нас сегодняшних хрононим бабье лето — это метафора, смысловая доминанта которой — апофеоз земной красоты, последний взлёт перед неизбежностью: «Стоит чудесная пора, // Через неделю — грязь и слякоть, // Ледок на лужах по утрам, // И октябрю дождями плакать» (Виктор Батраченко). И от этого становится как-то грустно. Всё бы ничего, если бы у этой метафоры не было ещё одного значения… Если бы не называла она, скажем деликатно, раннюю осень в жизни женщины и не предвещала неотвратимое — старость. Увы! Куда бы от неё деться?

Оборот «бабье лето» многим кажется довольно странным, и часто приходится слышать вопрос: почему тёплые дни начала осени получили название «лето», да ещё «бабье»? За вопрос отдельное спасибо, потому что это фразеологизм, говоря образно, с глубоким погружением в русский менталитет, языковую картину мира и историю.

В наиболее полном виде она изложена в справочнике «Русская фразеология: историко-этимологический словарь». Его авторы — доктора филологических наук Александр Бирих, Валерий Мокиенко и Людмила Степанова. Рекомендуем. Это увлекательное и познавательное чтение. И информация в нём отфильтрованная, в отличие от многих других, казалось бы, авторитетных источников. Этому словарю верить можно. А мы кое-что добавили от себя.

Сначала бабье лето и правда было летом

Итак, фразеологизм «бабье лето» как хрононим — обозначение времени года — возник в эпоху общеславянского языкового единства, т. е. самое меньшее — тысячу лет назад, а скорее, и две, и четыре. Тогда ещё не было ни русского, ни польского, ни украинского, а был, как считают учёные, общий для всех славянских народов праславянский язык. И в нём уже существовало выражение «бабье лето».

Когда же он распался, выражение перекочевало в белорусский, польский, словацкий, чешский, сербо-хорватский, украинский, русский языки. Более того, по всей видимости, под западнославянским влиянием аналогичное выражение возникло и в немецком. Правда, в буквальном переводе это было старушечье лето. А если совсем точно — лето старых баб. Честно говоря, мне наше бабье лето нравится больше.

Это очень древний фразеологизм. Поэтому нет и однозначного ответа, чем мотивировано его исходное значение. Зато есть занимательные версии, в которых отражены и непростая жизнь древних славян, и поэтический склад их ума, и бесхитростное простосердечие наших предков в назывании всего, что их окружало.

Сейчас бабье лето обозначает раннюю тёплую осень. А первоначально это было именно лето — первая половина июня. Скажем, в сербском и хорватском языках сохранилось исходное значение оборота — время, когда старые женщины могут погреться на солнце. У Даля на этот счёт упомянута пословица: летом и баба сердита на печь. Солнце было жарким, печки давно не топили (часто потому, что это просто запрещалось с середины марта: от печей полыхали пожаром деревянные древнерусские города). И бабульки буквально грели старые косточки на солнце.

Это первое, самое незамысловатое значение оборота: все слова в прямом значении. В западных языках подобных фразеологизмов тоже сколько хотите. Тот же период ранней осени (по-нашему бабье лето) там называют летом святого Мартина, святого Жуана, святого Батиста, Михайловым летом. Все эти названия мотивированы именами угодников божиих, которых почитали в эти дни. У нас вербализованы бабушки на солнышке — у них святые. А почему бы и нет?

Как бабье лето стало ранней осенью?

Согласно научной точке зрения, это довольно скучно и связано, как считают учёные, с циклом сельскохозяйственных работ. В начале сентября, когда поля убраны, крестьянские бабы принимались за чисто женские дела: мочили, трепали, чесали и ткали лён, делали домашние заготовки, да мало ли что ещё требовало женской сноровки и женских рук.

И тогда эти работы были главными. Поэтому и получило начало осени определение «бабье». Но почему начало сентября назвали летом? Это же и в представлении древних славян была всё-таки осень.

Оказывается, в этом названии заложена идея противопоставления мужского и женского лета, начала и конца. Имеется в виду лето как часть годового сельскохозяйственного цикла, противопоставленная зиме. Лето — это полевой сезон, в котором выделяются две части. Мужское лето (мужчины пашут и сеют) — его начало, а женское (женщины обрабатывают урожай) — окончание. Отсюда и название «бабье лето» как окончание полевых работ. Есть ещё мифологическая, фольклорная версия, почему раннюю осень назвали бабьим летом. В древности считали, что женщинам, с их способностями к магии, под силу осенью вернуть лето, хоть и ненадолго. Дескать, отсюда и название. Красиво.

В древности считали, что женщинам, с их способностями к магии, под силу осенью вернуть лето, хоть и ненадолго

Колдовские способности нам, слабым женщинам, действительно приписывали, похоже, в большей степени, чем сильному полу: мужчины ворожить умели только в порядке исключения. Это даже в словообразовании отмечено. Обычно слова женского рода с обозначением рода занятий образуются от мужского: учитель — учительница, директор — директорша, крестьянин — крестьянка. Вначале был кто? Да кто бы сомневается. У бабы-то, как говорит Владимир Даль, волос длинен, а ум короток.

Однако в случае с колдовством всё наоборот: сначала ведьма, а потом как производное от неё — ведьмак. Другие синонимы типа ведун — ведунья, колдун — колдунья можно проигнорировать: главное, что исключения в принципе есть. Таких примеров в словообразовании единицы. Найдите-ка аналогии в других темах. Кстати, у бабы-яги (это ещё один вид колдуний) вообще нет мужского соответствия. Не зря же до сих пор не умерла пословица (у Владимира Даля она тоже есть): куда чёрт не поспеет — туда бабу пошлёт. Но это объяснение — скорее всего, поэтичес­кий пример народной, ложной этимологии. Только ведь если надо, мы и коня на скаку, и в горящую избу, и из точки А в точку Б хоть на метле, правда, без чемодана: грузоподъёмность у неё маловата — всего 50 кг. И ошибается ли народная этимология, если учесть всё сказанное выше по существу?

И стало бабье лето женской осенью

Выражение «бабье лето» сегодня воспринимается как метафора ранней осени. Лучше всего о нём пишут поэты: «Есть время природы особого света, // неяркого солнца, нежнейшего зноя. // Оно называется бабье лето // и в прелести спорит с самою весною». Отсюда один шаг до ещё одного образного переосмысления оборота. Эту грусть под силу понять только женщине: «Уже на лицо осторожно садится // Летучая, лёгкая паутина… // Как звонко поют запоздалые птицы! // Как пышно и грозно пылают куртины» (Ольга Берггольц).

Второе значение фразеологизма «бабье лето» — это, скажем мягко, постбальзаковский женский возраст — кратковременный расцвет, увы, перед неизбежным увяданием. Но это (дай-то бог!), ещё и внутренний свет, и душевное равновесие: «О мудрость щедрейшего бабьего лета, // С отрадой тебя принимаю… И всё же, // Любовь моя, где ты, аукнемся, где ты? // А рощи безмолвны, а звёзды всё строже… // Вот видишь — проходит пора звездопада, // И, кажется, время навек разлучаться… // …А я лишь теперь понимаю, как надо // Любить, и жалеть, и прощать, и прощаться» (Ольга Берггольц).

В народе про этот возраст говорят: баба ягодка опять. А поэт Илья Сельвинский написал о такой женщине так, что точнее быть не может: «Она блестит красою летнею, но взгляд её осенне зорок… // У ней в кулёчках вся оконница, // Она уже давно не плачет, // Но если за тобою гонятся, // Она тебя в постели спрячет».


мая 2, 2016

Ведущие СМИ пробуют зарабатывать на брендировании товаров

Рассылка New York Times, посвященная «Игре престолов», сразу набрала более 60 тысяч подписчиков

Василий Лебедев, ректор школы ИКРа, прочитал лекцию «Как придумывать образование» на московском дизайн-заводе «Flacon» 16 августа...