«Медиастандарт» вычислил «среднего»

В День российской печати группа ЦИРКОН и фонд «Медиастандарт» опубликовали результаты исследования представлений российских журналистов о самих себе. Люди не любят прессу, не верят в журналистику. Согласимся с тем, что вряд ли они понимают или будут разбираться, как устроены медиа. И у них не всегда есть понимание ценности свободы слова. Как, впрочем, и у самих журналистов. Зачастую журналисты не понимают и сути своей профессии. Отчасти это понятно — большинство живёт под гнётом бизнеса, власти, запредельной самоцензуры. Но при всём при этом некоторые коллеги умудряются чувствовать себя свободными. Есть и такие, которые считают профессию дискредитированной, но престижной. Какой же образ журналиста сложился в результате исследования, — разбирался ЖУРНАЛИСТ

Говорят, правила нужны для того, чтобы их нарушать. Спросите журналиста, в чём смысл его профессии, — он ответит, что профессионал должен соблюдать Кодекс. На деле же, образ идеального журналиста разбивается о реалии современного медиасообщества. Результаты этого экспе­римента фонда «Медиастандарт» заставляют задуматься над причинами этих когнитивных механизмов.

Опрос проводился группой ЦИРКОН во второй половине 2016 года. В результате отобраны анкеты 492 респондентов, представляющих разные группы журналистов (от главных редакторов до внештатных сотрудников и студентов факультетов журналистики), все федеральные округа, а также различные типы медиа (печатные, интернет, радио, телевидение, смешанные). Четверть респондентов работают в федеральных СМИ, 67% — в межрегиональных, региональных и местных. Вопросы были составлены так, чтобы можно было выявить профессиональную идентичность, базовые ценности журналистов, их социальное, финансовое и профессиональное самочувствие, включая отношение к общественным и государственным институтам. Можно поспорить насчёт репрезентативности, конечно. Поэтому ЖУРНАЛИСТ и называет этот опрос «эксперимент».

 

Идентификация

Самой популярной характеристикой оказалось знание и соблюдение этических норм и правил, действующих в медиасреде. Но когда речь заходит о реальной работе, респонденты допускают возможность нарушать эти правила.

Исследование показало, что 66% редакционных служащих считают нормальным совмещать свою работу с работой в PR, рекламе, государственной сфере. 51% готовы считать профессиональным журналистом человека, который не умеет пользоваться интернетом и гаджетами. Для 45% журналистом может быть и человек не сотрудничающий со СМИ даже внештатно. А 39% уверены, что журналист должен осуществлять правозащитную деятельность.

Почти четверть редакционных служащих считают нужным побуждать людей к активным общественным действиям. Главными органами цензуры они называют собственников бизнеса и вышестоящие над ними интересы (другой, более крупный бизнес), органы власти и самоцензуру. Главную ответственность рес­понденты исследования, по их признанию, несут перед собственником издания и органами власти. При этом 73% из них считают свою работу в разной мере творческой, а 79% и вовсе видят в ней престиж.

По мнению участников опроса, профессионала определяет наличие писательского таланта, грамотной речи и языка. Опыт «полевой» работы оценивается редакционными служащими выше, чем наличие формального специального образования. При этом больше половины опрошенных утверждают, что имеют дипломы журналиста или филолога.

Не менее важным редакционные служащие считают включённость в процессы медиасообщества и внимание к общественным проблемам. А членство в профессио­нальных организациях для них второстепенно.

Другой аспект, определяющий причастность к профессии, — самоидентификация в качестве журналиста. Сегодня актуальными остаются вопросы слияния «гражданской журналистики» с профессиональной и уравнивании блогеров с журналистами.

По итогам опроса «Можно ли считать человека профессиональным журналистом, который не является сотрудником СМИ?» голоса «можно» и «нельзя» распределились поровну.

Респондентов также просили перечислить термины, которыми называется их работа. На основе ответов получилось облако слов из 445 наименований профессий с «журналистом» в центре. Сотрудник СМИ помимо должности журналиста выполняет функции редактора или менеджера, а блогер отождествляет себя с журналистом и перенимает часть его функций.

 

Самой популярной характеристикой оказалось знание и соблюдение этических норм и правил, действующих в медиасреде. Но когда речь заходит о реальной работе, респонденты допускают возможность нарушать эти правила

Мотивация

Важным моментом в представлении работником образа своей профессии является понимание мотивов профессиональной деятельности и профессио­нальной миссии. Большинство респондентов отдало предпочтение ролям, свойственным журналистике просвещения. Это роли информаторов, комментаторов, модераторов публичного обмена информацией и генераторов идей. Роли развлекательной и пропагандистской журналистики выбрали всего лишь 10%. Авторы выдвинули мнение, что такой выбор говорит в пользу «идеальной» стороны профессии.

Неоднозначное отношение респондентов отмечено к роли журналистики соучастия, направленной на правозащитную деятельность, критику и контроль за действиями органов власти. С этим связана и общая низкая оценка влияния журналистов на власть, бизнес и гражданское общество в России. СМИ активно воздействуют на отдельные группы лиц, в том числе через соц­сети, на работу некоммерческих организаций, общественных движений и политических партий. Интересно, что с возрастом ощущение этой значимости у журналистов ослабевает.

Что же касается связи с представителями силовых структур, федеральными и региональными властями, а также крупным бизнесом, то картина прямо противоположная. В России в 6–8 раз больше «реалистов», чем «мечтателей», способных диктовать министрам или акционерам Газпрома, что делать.

 

Важным моментом в представлении работником образа своей профессии является понимание мотивов профессиональной деятельности и профессио­нальной миссии <...> Интересно, что с возрастом ощущение этой значимости у журналистов ослабевает

Общность

Вопросы анкеты, описывающие структуру медиасообщества с точки зрения сплочённости и самоорганизации, ­помогли выявить его неоднородность. Половина респондентов смогла вспомнить несколько случаев, когда представители разных СМИ действовали сообща и в общих интересах, а треть — никогда не сталкивалась с этим.

Анализ ещё одного вопроса анкеты о профессиональном сообществе подтвердил мнение экспертов об отсутствии в нём единого «стержня». Четверть опрошенных считают, что у всего журналистского сообщества могут быть общие ориентиры. Остальные ответили, что общие цели и интересы есть только у определённых групп журналистов. Их объединяет общая идеология или партнёрские отношения.

Отношение к коллегам — актуальная сторона представления журналиста о себе как участнике общего информационного процесса. Принадлежность коллег к разным типам СМИ или разница в стаже не помешают их сотрудничеству. Только различие в отношении к соблюдению этических норм и пропагандистский характер журналистской деятельности могут существенно помешать совместной работе журналистов.

 

Свобода

Больным вопросом для журналистов остаётся невысокий уровень свободы их профессиональной деятельности. Они называют себя несвободными и несамостоятельными, а главными «ограничителями» считают владельцев СМИ и вышестоящих лиц. Редактор физический и «внутренний» скорее не мешает свободе, а ограждает от её злоупотреб­ления. Ещё у редакционных служащих наблюдается самоцензура. Они связывают её со страхом судебного преследования или внешнего давления.

Сравнение опроса работников сферы медиа со всероссийским массовым опросом населения показало более высокий уровень критичности журналистов ко всем участникам общественно-политичес­кой жизни страны, и в том числе — к себе самим. Доверие журналистов к СМИ в два раза меньше, чем со стороны ­общества.
Авторы обнаружили любопытный парадокс. Критическое мышление журналистов заставляет их думать, что в современной России журналистика дискредитирована и не востребована аудиторией. Но свою собственную работу журналисты считают важной, интересной и престижной. Необходимость нести ответ перед обществом осознают почти 80% ­респондентов. На практике лишь малая часть из них действительно старается руководствоваться этим принципом. Этот пример наглядно показывает, насколько отличается образ «идеальной» журналистики от «реальной».

Авторы отмечают, что полученная информация основана на представлениях социально активной части журналистского сообщества. Её представители чаще добиваются успехов в работе, поэтому их точка зрения о личном журналистском опыте может быть более позитивна. Восприятие журналистами своей работы меняется в зависимости от того, к какой медиагруппе они себя причисляют, какой у них возраст или стаж работы.

В качестве общего вывода исследования выступает суждение о переходном положении профессии журналиста, которая находится в постоянной трансформации. Поэтому это не первая и не последняя работа по изучению феномена профессионального журналиста.

 

Все хотят быть как Парфёнов или Познер

В рамках массового опроса журналистов была предпринята попытка оценить, с кем из представителей профес­сионального сообщества они себя идентифицируют, кто из представителей профессии является «для них лично» образцом для подражания в сфере журналистики. Для этого респондентам также задавался открытый вопрос: «назовите, пожалуйста, представителей вашей профессии, которые являются образцом для подражания в сфере журналистики для вас лично?». Всего при ответе на этот вопрос было собрано 938 упоминаний разных журналистов. Лишь около трети (38%, или 356 журналистов) из них были упомянуты пять раз и более (30 журналистов).

Наиболее часто упоминаемыми ориентирами в области журналистики являются Владимир Познер и Леонид Парфёнов — с них берут пример 70 и 56 человек. Далее, с большим отрывом от «эталонов», следуют Андрей Колесников и Дмитрий Соколов-Митрич (по 14 упоминаний), Анна Политковская и Владислав Листьев (по 13 упоминаний), Ирада Зейналова и Владимир Соловьёв (по 12 упоминаний), Светлана Рейтер и Галина Тимченко (по 9 упоминаний). Ещё 62% упоминаний относятся к 441 журналисту, не получившему более 4 упоминаний со стороны респондентов.

Можно предположить, что выбор «образцов для подражания» оказался связан с их популярностью на «массовом» уровне — Познер и Парфёнов заведомо более известны, чем, например, Аграновский и Гиляровский, которых читают выпускники факультетов журналистики. Так же «образцами для подражания» опрошенные журналисты считают разных персон медиа­пространства — от Ксении Собчак (2%) до Виктора Шендеровича (1%). От Сергея Брилёва и Татьяны Лысовой (по 2%) до Артёма Боровика и Светланы Сорокиной (по 1%).

 

Фото: ID1974/Shutterstock, Inc

Связанные статьи

Фев 6, 2017

54 гранта для журналистов со всего мира. Сохраняйте и делитесь с коллегами

21 правило работы от профессионалов своего дела

Интервью Радио Свободы с критиком Славой Тарощиной — о больших переменах на телевидении и кризисе главного канала страны