На обиженных возят всё

Жаль, что нынешняя несамостоятельная роль представительной ветви власти не позволяет говорить о «событии года». Заседание ЦИК по итогам выборов. Москва, 22 сентября 2016 года

Сентябрь для СМИ начался показательным для нынешних обществен­ных технологий скандалом с московской школой № 57, родившимся из записи в соцсетях. Показательно, что написала пост журналистка, в школе учились дети многих поколений журналистов, выяснилось, что многие из них догадывались насчёт взаимной сексуальной распущенности учителей и учеников, но сор из избы никто не спешил отне­сти в свой служебный кабинет. Внутренняя несвобода? Или характерный для журналистики случай, когда возможное личное неудобство становится преградой для исполнения профессионального долга? Или, что вернее всего, не разработана в обществе система этических оценок и журналисты, знакомые не со схемой жизни школы, а с её нынешними реалиями, не спешат выносить приговор? Луч­ше всего по «сексуальному харрасменту» харизматичных учителей и созревших во всех смыслах старшеклассниц высказался Дмитрий Карцев в «Газете.ру.».

«ГОЛОСУЙ НЕ ГОЛОСУЙ…»

Конечно же, главным событием сентября стали выборы. Жаль, что нынешняя несамостоятельная роль представительной ветви власти не позволяет говорить о «событии года». В очередной раз перенесённые на сроки, удобные махинаторам, думские выборы вызвали практически единственный серьёзный спор: идти голосовать или нет? Если всё предопределено, если победа провластных кандидатов не вызывает сомнений даже у их противников (оставляя сомнения в чистоте победы)?

Социологические опросы всех служб, от практически государственного ВЦИОМа до «Левады», на всякий случай объявленного иностранным агентом, за две недели до выборов показывали падение рейтинга «Единой России». Вскрывались сомнительные моменты в деятельности сенатора Дмитрия Саблина, лидера организации «Антимайдан», пошедшего на думские выборы. Находилась недвижимость Геннадия Онищенко, не попавшая в отчётность бывшего главы Роспотребнадзора, решивше­го стать депутатом. На дебатах по ТВ звучали смелейшие слова представителя одной из партий об импичменте — ничего не добавляло оптимизма отечественным Иа-Иа… ой, простите, премудрым пескарям… ой, простите, высоколобым и честным самостоятельно мыслящим гражданам. Так и спорили: идти и нет. И в общем-то не пошли.

То есть если бы в реальности явились к урнам все «отказники», если бы, как в старом анекдоте, они в ожидании выигрыша хотя бы купили лотерейный билет…

И потом, когда выяснилось, что явка не дотянула до половины электората, зато «Единая Россия» обеспечила себе конституционное большинство и теперь может крутить законами в стиле Яровой, граждане ухмыльнулись: ну мы же говорили! И особенно учёные из них стали приводить доводы математиков, позволяющие находить нарушения во внезапном росте показателей. Хотя и без сложных расчётов видно, что при любых нарушениях «ЕдРо» набрала не больше трети от голосов взрослых жителей страны. Столько, сколько и предсказывали социологи. То есть если бы в реальности явились к урнам все «отказники», если бы, как в старом анекдоте, они в ожидании выигрыша хотя бы купили лотерейный билет…

В результате единый день голосования оказался похож на интернет-голосование на спортивном канале. Когда зрителей каждые пять минут вынуждают посылать свои копейки операторам связи, азартно отвечая на вопросы вроде «Как вы думаете, кто забьёт последний мяч в игре?» Хотя результат игры никак не зависит от активности сотовых телефонов, а их владельцы даже не делают денежных ставок. Болельщики не держат зла и смотрят следующий матч на том же канале. Другие не показывают.

МИЛЛИАРДЫ В ПУСТОЙ КВАРТИРЕ

Хитом, впрочем, политика не стала. Даже и коррупция, хотя именно главного полицейского борца с коррупцией поймали на взятке. Ошеломление вызвала сумма, обнаруженная в квартире, официально принадлежащей сестре полковника Захарченко, — около 8 млрд, если доллары и евро перевести в рубли. И это не считая свежеполученной взятки в 7 млн рублей и обнаруженных в машине при задержании неоприходованных 24 млн рублей. Роль СМИ в скандале поначалу сводилась к трансляции оперативных данных и показу пачек хрустящей валюты.

Взялись за дело и интернет-мыслители. Кто-то предположил, что такие наличные деньжищи никак не могут принадлежать одному человеку, даже полковнику, и являют собой «общак», предназначенный то ли для финансирования «майдана», то ли для борьбы группировок в силовых структурах. Однако «Росбалт», руководимый Натальей Чаплиной, супругой отставного генерала Виктора Черкесова, до сих пор близкого многим силовикам, выдвинул и обосновал: может полковник иметь столько наличных, да ещё и его семья на счетах в швейцарских банках добавочные $300 млн. Может, если он в силу служебного положения осведомлён об откатах при подрядах компаний-монополистов и требует не процент, а, опять же пользуясь высоким служебным положением, забирает откаты целиком…

То есть только в нескольких сделках, попавших под лупу полковника, откаты (воровство госсредств, по существу) составили несколько годовых бюджетов немаленьких городов. Города начинают казаться пустыми квартирами, из которых выкачиваются средства. Которые или остаются до поры лежать в пустых частных владениях, или летят на заграничные счета. О подобном в связи с экологией Красноярского края написал наш коллега Алексей Тарасов, в пору перестройки один из боевых корреспондентов «Известий». Настоящих, тех ещё «Известий», не преданных и не проданных. Но красноярцы, обиженные на плохие коммунальные услуги, на испорченные воздух и воду, всё равно голосуют за тех, кто их обидел. Считают себя слабее обидчиков?

Но почему вдруг силовики решились обнародовать масштабы коррупции в своей среде? Выяснилось быстро: опять предстоит реорганизация, делёж «кормовой базы». Следственный комитет вернут под крыло Генпрокуратуры, МЧС частично сольют с МВД, а успешную ФСБ, разоблачившую Дмитрия Захарченко, укрепят ФСО и СВР. Получится МГБ, как при позднем Берии. Да, а главу по борьбе с коррупцией, где исполнял обязанности руководителя полковник Захарченко, вообще ликвидируют…

Впрочем, многие чиновники считают все СМИ если не обслугой, то обузой. Не понравились новому правозащитному омбудсмену Татьяне Москальковой вопросы корреспондента Павла Каныгина — и высадила она его из машины, прервав разговор

ПАРЫ ОЛИМПИЙЦЕВ

Как можно верить тем, кто вот только что попался? Это я о Мутко и руководимом им государственным спорте. Сам же признавал правоту многих инвектив антидопингового агентства, обещал исправиться, когда его послушали и разрешили усечённой команде выступить в Рио — раздулся от гордости. А тут как раз последовали там же Паралимпийские игры. И он вернулся к природной тактике: «Как вы смеете нас подозревать?» Опять заговорил, что найденные вскрытые пробы ничего не доказывают, что обижают теперь инвалидов, для которых спорт — единственное окошко в мир. О том, что для чиновников, руководящих этим окошком, спорт инвалидов стал дополнительным окошком к кассе, он умолчал.

«Обижают!» — разнесли СМИ и госорганы. Кто же это инвалидов обидел? Те, кто заставлял чемпионов предыдущих игр принимать допинг, а потом менял мензурки, отнимая победу у «чистых»? Те, кто велел уфимскому врачу выписать справку зрячему спортсмену о том, что спортсмен незрячий? И сейчас врач получил два года за обман, но СМИ не шумят, а чиновники уже давно поделили награды «За взятие Лондона» разной степени материальности.

Вот такие сложились пары обидчик — обиженный. В сентябре продолжились многие летние сюжеты. Руководитель госкомпании «Роснефть» выиграл в суде дело против «Ведомостей», и теперь обиженный журналистами Игорь Сечин ждёт справки, что все найденные экземпляры газеты со статьёй о его богатом поместье уничтожены. Откуда такое трепетное отношение к бумаге, ведь всё равно в интернете можно найти любую статью после любого решения суда? Наверное, с тех времён, когда Сечин руководил канцелярией председателя комитета питерской администрации и носил председателю Путину бумаги в папочке на подпись…

Есть и оптимистическое продолжение лета. Сотрудники РБК, не сработавшиеся в июле с новыми хозяевами и менеджментом, перешли на телеканал «Дождь». Герои наших публикаций (не только Сечин!) остаются верными себе. Но дадут ли ли им спокойно нести журналистский долг, не засудят ли, допустим, из-за ерунды, названной преступлениями в законах той ещё Думы? Это Александр Коржаков может спокойно рассказывать в интервью «Медиазоне» о том, как он участвовал в подготовке вооружённого государственного переворота и обсуждал возможность ещё одного подобного мероприятия, ему за это ничего не будет. А журналиста посадят за контрафактный софт, поставленный на его компьютер неизвестным сисадмином.

В ЦЕХУ

В нашем горячем журналистском цеху происходит разное, что невозможно отобразить в одной картине, даже если эта картина подарена президентом премьеру на день рождения. Умирают издания и организации, газета (The Washington Post) вместо защиты своего информатора (Эдварда Сноудена) требует посадить его за те сведения, за которые газета получила премию, разные по весу и цвету издания выносят в заголовки одинаковую провокационную чушь. Самое печальное, когда гибнут журналисты.

Александр Щетинин, ставший известным благодаря созданию портала «Новый регион», покончил с собой в Киеве. Он туда перебрался на волне майданного энтузиазма, но новый русскоязычный орган оказался невостребованным и потащил за собой хозяина. Смертельная свобода? Возможно, не всем нравилась критика украинской власти от человека, чужого в этой стране, и они не захотели посещать портал. Возможно, дело глубже — в медленном дрейфе расходящихся геологических платформ, Украины и России. А человека жалко.

В Киеве произошла ещё одна история про российскую прессу. Автомобиль, в котором ехала известная теперь всем Надежда Савченко, столкнулся с другим, за рулём которого оказался водитель с заметной дозой алкоголя в крови. И вся, вне зависимости от уровня «крымнашизма», пресса вынесла вперёд заголовок: «Пьяная авария с машиной Савченко». Иди разбирайся, читай подробности, а осадочек уже остался. Савченко протестовать не будет. То ли дело хоккеист Войнов, известный дракой и судебной разборкой с женой. Его репутацией решил воспользоваться «Лайф» и выпустил заметку о ДТП с его участием. А он как раз, как утверждает руководство клуба, был на тренировке в момент, названный корреспондентом. Теперь заведут дело о клевете.

Владелец «Кузбассразрезугля» Андрей Бокарев, видимо, менее богат, чем владельцы хоккейного питерского СКА, но отношения со СМИ решил более кардинально: объявил, что отказывается от своей медиафракции. В неё входили не только «Крестьянка», уже давно безуспешно искавшая новое место на рынке, но и журналы «Профиль» и «Компания». В пору расцвета бизнеса они были популярны и авторитетны, но теперь бизнес-репутации создаются не в СМИ, и журналы стали обузой. Такой у нас инвестиционный своеобразный климат. Недаром в правительстве посчитали возможным отдавать под рекламу 45% печатной площади. Будут ли после этого читатели больше доверять печатным СМИ — неясно, но правительство именно так решило поддержать издательский бизнес. А что там хотят сказать журналисты на оставшихся площадях, никого не волнует.

Впрочем, многие чиновники считают все СМИ если не обслугой, то обузой. Не понравились новому правозащитному омбудсмену Татьяне Москальковой вопросы корреспондента Павла Каныгина — и высадила она его из машины, прервав разговор. А Союз журналистов России в лице одного из его новых руководителей встал не на сторону корреспондента «Новой газеты», а на сторону чиновника. Кто ближе. Не облила же дама журналиста зелёнкой, как это произошло в Беслане в годовщину трагедии с двумя корреспондентами. Неудивительно, что в Екатеринбурге 12 журналистов авторитетного Znak.com объявили о выходе из СЖР, несмотря на то что один из них входит в руководство областной организации…

Фото: Анатолий Жданов/Коммерсантъ

Окт 6, 2016

Главред альманаха moloko plus — о самиздате и нескучной журналистике

ЖУРНАЛИСТ публикует заключитальную часть отчета Reuters о потреблении цифровых новостей (читайте первую, вторую, третью и...

Журналист меняет профессию. Этот стал таксистом-подкастовиком