Обратная сторона интернета

Мы думаем, что знаем об информации в интернете многое. На самом деле большинству видна только вершина цифрового айсберга. В Сети возникает всё больше «серых» или вовсе невидимых невооружённым глазом коммуникационных пространств. Что происходит за пределами привычных каталогов и поисковиков?

Тёмные определения

По некоторым оценкам, до 90% всего контента, доступного через интернет, находится в невидимой для обычного пользователя зоне. Ещё в 2001 году было установлено, что глубокий веб в 400–500 раз больше видимого.

По некоторым оценкам, на 2006 год российская часть скрытого веба составляла около 14 тыс. сайтов. Сколько сейчас — можно только предполагать.

Глубокая паутина, невидимая пау-
тина, глубинный веб, скрытый веб, дарквеб или даркнет (Deep Web, Deep Net, Invisible Web, Hidden Web, Dark Web) — это всё про веб-страницы, которые невозможно найти в открытом доступе или попасть на них простым способом (без авторизации или специального программного обеспечения).

Состав и содержание

Мы предлагаем рассматривать не просто дарквеб как явление, а даркнеты (Darknets) — сети, в которых возникают экосистемы и субкультуры. Из множества даркнетов и состоит дарквеб.

Специфика даркнетов такова, что на первых местах в поисковых запросах их посетителей находятся самые нелицеприятные и противозаконные вещи: детская порнография, наркотики, мошеннические схемы, хакерские сервисы и услуги, поддельные документы и оружие, террористические организации.

Но есть у «тёмных» сетей и положительные возможности: сохранять приватность частной жизни, покупать и обменивать криптовалюты, проводить гражданские и журналистские расследования, собирать свидетельства и находить информаторов.

Сегодня самой популярной и известной системой считается TOR (сокращение от The Onion Router). Это гибридная анонимная сеть, построенная по принципу «луковой маршрутизации» (зашифрованной), которая позволяет пользователям обмениваться информацией и оставаться анонимными. Среди других крупных и известных сетевых систем можно назвать Freenet и I2P.

Эх, лук-лучок

TOR на сегодняшний день стала во многом синонимом «дарквеба» и прочих скрытых сетей. Адреса сайтов в этой сети заканчиваются на «.onion». Открыть сайты можно только с помощью специального браузера или расширения под обычный браузер.

Сетью TOR охотно пользуются не только гражданские активисты и общественные организации, но также коммерческие компании и спецслужбы разных стран. Эдвард Сноуден передал через TOR информацию о программе разведки PRISM газетам The Washington Post и The Guardian. Фонд борьбы с коррупцией Алексея Навального предлагает отправлять информацию о злоупотреблениях через этот ресурс. Тайное подразделение британского Центра правительственной связи использует TOR в своей инфраструктуре защиты данных.

Число скрытых сервисов TOR может превышать 600 тыс. ресурсов. Там есть свои каталоги сайтов и почтовые сервисы, соцсети и мессенджеры, торговые площадки и библиотеки, файловые хостигни и торрент-трекеры. У многих популярных сайтов есть свои «зеркала» в сети TOR: Facebook, WikiLeaks, независимого поисковика DuckDuckGo и многих других.

TOR во многом стал известен благодаря скандальной истории с торговой площадкой Silk Road, которая предлагала купить запрещённые товары и услуги (включая оружие, наркотики, найм киллеров). Годовой оборот этой закрытой площадки достигал $200 млрд. 70% продаж составляли наркотические вещества.

Покупать и продавать анонимно в дарквебе позволяет цифровая валюта — биткоин. Главная идея этой валюты — децентрализация. Никто не может помешать сделке, заблокировать транзакцию или вмешаться в неё. Нужно только установить программу-клиент, которая соединится с другими такими же равноправными и самодостаточными программами. Естественно, такая форма существования открывает широкие возможности для анонимных сделок. В том числе для отмывания денег или финансирования террористов.

Казнить нельзя помиловать

Цифровая анархия и игры с государством по прежнему заканчиваются плачевно для активистов без правил. Так, создателя Silk Road Росса Ульбрихта (Ross Ulbricht) власти США в мае 2015 года приговорили к пожизненному заключению. Простые пользователи и правозащитники были в шоке: на первый взгляд безобидного молодого парня с безмерным стремлением к свободе фактически сажают в клетку до конца его жизни.

Но в этом также есть и жёсткое предупреждение всем остальным: за создание неподконтрольных площадок, ставящих под угрозу тысячи жизней других людей, — наказание суровое. Даже если ты всего лишь пишешь программный код и администрируешь инфраструктуру.

В реальности никто толком не знает, сколько тонн наркотиков, гигабайтов детского порно, единиц оружия или поддельных документов, номеров ворованных кредиток и даже заказов на убийства прошло через эту платформу. Понятно, что сами явления существовали до Silk Road и продолжают бытовать и без неё. Но очевидно, что такого рода проект если не поощряет подобные действия, то уж точно облегчает реализацию намерений злоумышленников.

С другой стороны, почему бы самим государствам и их спецслужбам не использовать такие площадки как более-
менее освещённые зоны, где можно проводить оперативно-разыскную деятельность, вести учёт преступников и вылавливать их из этой мутной воды? Ведь просто закрыв площадку проблему не решили, но снова вытолкнули нечистых на руку дельцов в теперь уже совсем невидимую область.

Есть версии, что создатели некоторых сервисов для TOR как раз связаны со спецслужбами, что помогает составлять базу нарушителей и в нужный момент проводить аресты.

Но это тонкие игры на глубине — на поверхности же видны попытки ужесточить контроль за интернетом на законодательном и техническом уровнях.

Старые добрые блокировки

Государственным машинам с их неповоротливой, иерархичной и часто не слишком интеллектуальной системой управления сложно угнаться за подросшими детьми индиго и прочими молодыми гениями. Потому старым и проверенным способом является система запретов, блокировок и репрессий. Грубо говоря, дубинка против шахмат. Государствам сложно (да и не к чему) ввязываться в многоходовые интеллектуальные игры — на этом поле можно проиграть. Проще построить систему ограничений и попытаться взять под контроль. Или хотя бы направить в какое-то русло. Успешность такой политики покажет время. Но факт в том, что создать систему тотального контроля без такого же контроля на физичес-
ком уровне практически невозможно.

Можно держать людей в страхе, но очень сложно лишить их самой возможности что-то делать. Как примеры, Северная Корея и Китай: в первом случае контроль за интернетом держится на тотальном ограничении всех сфер жизни (выхода в глобальную сеть в свободном доступе при этом нет); в случае с Китаем даже славный «Золотой щит», ограничивающий доступ к определённым ресурсам, не в состоянии ограничить этот доступ для всех.

С другой стороны, часто бывает достаточно заблокировать ресурс оппозиционного деятеля или медиа, и 90% (или даже больше) пользователей без особой нужды не будут искать способ получить доступ к блокированному ресурсу. А мотивированные люди в любом случае найдут для себя возможность обхода ограничений. В этом смысле такая государственная политика рациональна и приносит результаты. Другой вопрос, надолго ли и решает ли это проблему в целом.

Обход блокировок: российская практика

Последние пару лет в результате целенаправленных действий российских госструктур, и Роскомнадзора в частности, растёт встречная осведомлённость со стороны граждан в плане использования систем и сервисов обхода блокировок.

Обречённый решением суда на пожизненную блокировку торрент-портал RuTracker проводил 6 декабря 2015 года акцию «Учения по гражданской обороне». Суть акции: владельцы сами блокировали доступ к своему проекту, предлагая пользователям обойти блокировки. Материалы на эту тему вынесены в специальный раздел и постоянно пополняются.

По данным Роскомсвободы, за время действия пакета законов по ограничению доступа к интернет-ресурсам в России подверглось блокировками уже более 1 миллиона сайтов. Многие из них попали под раздачу случайно.

Интернет-активисты запустили даже специальный сайт OpenRunet, который сам определяет тип операционной системы и браузер пользователя, а следом предлагает несколько простых шагов, чтобы забыть о блокировках.

Таким образом, сегодня журналисты и граждане имеют достаточно возможностей для поиска, передачи и распространения информации. И вопрос только в желании создавать качественные материалы и работать на благо общества.

Данный материал не призывает к противоправным действиям и не рекламирует сомнительные сервисы. Наоборот, информирует и предупреждает всех, кто занимается журналистикой, о скрытых зонах коммуникационного пространства, которые также важно освещать.

* Автор — доцент кафедры ТРИТ факультета журналистики, Институт массмедиа РГГУ; эксперт MediaToolBox.ru

Фев 23, 2016
Онлайн-СМИ, вслед за прессой, начинают испытывать проблемы
Медиашкола «АиФ» продолжает поставлять нам для разбора заметки молодых журналистов.