Ржавчина лжи

Январь, несмотря на новые вызовы, продолжал перемалывать события минувшего года, скорбя о жертвах трагедий. Болезненнее всего я воспринимал ложь, на которую купились СМИ.

Террористическая атака в Париже была, увы, не первым и не последним проявлением зла, но она останется в памяти как некая кульминация, когда зло в открытую, не выбирая целей, сеяло смерть. Общество забудет ложь, вливавшуюся в информационный поток. Но профессионалы не имеют права на забывчивость. Хотя бы для того, чтобы оградить себя от этой напасти в будущем.

Деза летела по «Твиттеру» со скоростью лесного пожара. Вот вбрасывается фейк о нападении разъярённых орд беженцев на лагерь в Кале и о поджоге этого лагеря (накладывается видео, снятое месяц назад). Ещё хуже: на сообщения о теракте в концертном зале Bataclan, где многих музыкантов и зрителей расстреляли, накладывают видео, сделанное много раньше группой Eagles of Death Metal в Дублине.

Примеров больше, но я хочу остановиться и подумать вместе с вами о том, не преувеличиваем ли мы влияние твит-пузырей на происходящее в мире? В начале «арабской весны» в 2011 году «чириканье» твитов впервые стало важнейшим инструментом для мобилизации социальных медиа: предупреждать и информировать! Никто и не ожидал от 140 символов точной информации, интеллектуального анализа. И абсурдны утверждения, что твиты создали революцию.

В Египте, например, «чирикают» всего 15 тыс. пользователей (при населении 80 млн чел.). Да, кто-то участвовал в переписке из-за пределов страны. Но всё равно эйфория вокруг новых технологий не объясняет случившегося.

Многие резко критиковали СМИ за использование материалов, не поддающихся проверке. Сегодня медиа стали осторожнее, используя подобную информацию. Но у них нет инструментария для её быстрой проверки или подготовки опровержений. Клэр Уордл (Центр цифровой журналистики, UK) пишет, что в течение суток после начала терактов она насчитала минимум пять статей с призывом не верить онлайн-слухам о событиях в Париже.

Продолжаются дебаты о способах развенчания фейков в прямом эфире. Приводят в пример и многопрофильный портал Mashable.com, где сомнительный твит был немедленно исправлен модератором. Потребность в «живом сервисе» для контроля над фейками существует на Facebook, в Twitter и Instagram.

Но реальность такова: даже смехотворные слухи воспринимаются как факты (например, фейки, раздувавшие и так тяжёлые последствия урагана «Сэнди», или «фотографии» акул, плавающих по мелководью). Нынче простые платформы социальных сетей сами превратились в полномасштабных издателей (таких, как Apple News и Facebook Instant Articles). И, если честно, я не ожидаю, что они сами предпримут усилия, чтобы мгновенно разоблачать свои ошибки (это, кстати, недёшево). А исправления, сделанные через сутки, неактуальны и бьют мимо цели.

Распространено мнение, что Twitter способен к «самоочистке». Нет, не способен. Многие считают, что пользователь может быстрее среагировать на визуальную информацию: например, смайлы Emoji или наклейки в сети фотообменника Snapchat. Возможно, и впрямь необходим универсальный ретранслируемый значок для фейков. Пионером такой модерации в режиме онлайн стал портал BuzzFeed (инициатива журналиста Adrien Sénécat), использующий значки «проверено» или «ложь».

И вопрос: а кто должен этим заниматься? Вот компания Storyful мониторит публикации и дискуссии в соцсетях, пытаясь это систематизировать. Журналисты пользуются. Общественные вещатели должны контролировать себя или всех? В последнее время многие медиа переходят от споров к делу, потому что ложные твиты снижают доверие к их СМИ и к журналистике. А есть и сверхзадача: сохранить правду в информационном пространстве.


Фев 23, 2016
Опыт Нидерландов, Франции, Австрии
Краткий обзор корпоративной прессы в Сети
Village Media может создать местный сайт за 4 часа, если видит рекламный потенциал