«Будь готов к любому повороту сюжета»: расследовательский опыт Михаила Даниловича

Михаил Данилович, журналист медиапроекта «Четвертый сектор», рассказывает о поисках идей и их воплощении в жизнь

— Как вы подбираете тему для расследования? 

— Случайно. Например, идея текста про портал «Управляем вместе» родилась, когда про этот портал мне рассказывал друг. Мол, пишешь-пишешь туда, а ничего не работает, только отписки приходят. Захотелось разобраться, так ли это. Если так, то почему, как устроена работа сайта.

Текст про то, что сиротам дают некачественное жилье и они пять лет не имеют права его продавать, родился из одного из предыдущих материалов.

Тот текст был про конкретный сиротский дом — девятиэтажку, в которой есть только однушки, в которых живут только сироты. Такой второй детский дом. Я написал про это, но мне стало интересно, а с какими чувствами люди доживают до момента, когда, наконец, имеют право продать свои квартиры. Всегда ли жилье для нуждающихся некачественное и так далее. И когда компания Silamedia попросила придумать тему для ее журналистской экспедиции, я предложил жилье для сирот в Пермском крае. 

Расследование про рабочие центры для бездомных началось со звонка нам из одного из таких центров. Звонившие попросили помощь — мол, мы делаем доброе дело, не получится ли у вас привезти нам хлеб.

Мы решили посмотреть, что за доброе дело. Как вообще так — есть целая группа бездомных, которые сообща стараются решить свои проблемы. Но это оказался обычный рабцентр — где тебе дают койку, а ты должен выполнять любую работу. И таких центров оказалось очень много, потому что государство не может помочь всем нуждающимся.

 

— Какие факторы влияют на линию работы в зависимости от материала? Взять, например, тот материал про рабцентр. Как вы решали, с чего начать работу, от чего оттолкнуться?

— Редактору позвонили и предложили помочь — одному из рабочих центров не хватало хлеба. Договорились о встрече с людьми. Поехали туда с фотографом, и уже на месте случились определенные ситуации, вызвавшие вопросы. В центре нас изначально встретили только руководители. Постояльцев не было, хотя вроде день был выходной. Нам сказали, что постояльцы ушли работать. Сразу захотелось узнать, где же находятся люди, что за работы такие и кто получает деньги за их выполнение. Позже встретили одного постояльца. Он сказал, что у него выходной. Ему разрешили встретиться с матерью. Объяснил, что его нанимают, а деньги он отдает руководителям. 

Руководители, конечно, это отрицали. Тогда мы спросили, на какие финансы тогда содержится центр. Оказалось, что они якобы живут на благотворительную помощь. Кто-то привозит продукты, кто-то вещи, кто-то моющие средства и т.д.. Хотя по виду было понятно, что перед нами стоят менеджеры, а не волонтеры. Были и бесконечные рассказы про счастливых людей, которые друг другу помогают, истории о человеческой доброте, но конкретики не было. 

Было понятно, что перед нами стоят менеджеры, а не волонтеры.

После этого визита я сам стал искать людей по соцсетям, изучать сайт этого центра. Одни и те же телефоны фигурировали в объявлениях про найм, рабочую силу. Эти же телефоны были указаны на сайте для помощи.

В итоге мы отправились туда во второй раз. И хоть отношения были уже напряженными, нам удалось найти и сфотографировать лист о распределении рабсилы на день с контактами заказчика (там были и магазин «Пятерочка», и другие организации). Я обзванивал заказчиков и общался с ними, узнавал, для каких работ нанимались люди.

 

— Значит, важной составляющей можно назвать проработку источников?

— Да, это так. Хотя бывают ситуации, когда просто встречаешься с человеком, а дальше разбираешь, смотришь, что и как. Но во второй наш приезд было наоборот. Сначала все по максимуму выясняешь, а потом идешь к человеку. При разговоре с человеком нужно стремиться заранее знать, что он может сказать. Узнать что-то новое — это настоящая редкость. А так будешь готов к любому повороту сюжета. 

 

— Проверяете вы относимость полученного материала к каким либо тайнам, охраняемым законом?

— Хороший вопрос. Скорее, не проверяю. То есть на интуитивном уровне ты просто понимаешь, что никакой тайны в твоей теме нет.

 

— Как вы сопоставляете общественный интерес и интересы личности? 

— Хороший вопрос. На интуитивном уровне. И мы обсуждаем это с коллегами, редактором. 

Недавно у меня вышел материал о Рабочем поселке в Перми — микрорайоне, где с конца 1920-х годов был соцгородок. Жильцы там организовались, стали восстанавливать свои дома. Выигрывают суды у мэрии за капремонты зданий, привели в порядок дворы. Жилищно-коммунальное чудо, словом. Еще и исторические дома восстанавливают.

Анастасия Мальцева, которая возглавляет инициативную группу, этим гордится. Она проводит экскурсии по своему кварталу. Но пока мы собирали материал, выяснили, что там нет прозрачности в сборах с жильцов и тратах денег. А жильцы верхних этажей, в том числе и Мальцева, сделали из чердаков — общего имущества — вторые этажи своих квартир. Мальцева просила нас об этом не писать. Но мы все равно написали. Потому что если ты представляешь свой квартал как образцово-показательный, то твои чердаки — это уже не твое личное дело, будь готов к прозрачности. 

Иллюстрации: из архива Михаила Даниловича, currenttime.tv, 59.ru
Сообщить об ошибке
Дек 10, 2019
Подборка советов от Центра защиты прав СМИ
Сегодня мы расскажем о бесстрашном человеке, воине и редакторе «Алтайской правды» Алексее Стручкове

Вам будет интересно: