Фотограф должен оставить что-то в вечности

Около года назад Андрей Чепакин возглавил Гильдию фотожурналистов Союза журналистов Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Перед ним стояли сложные задачи – активизировать работу профессионального сообщества, привлечь молодежь, внедрить новые формы работы. ЖУРНАЛИСТ расспросил известного фотографа о жизни профсоюза, проблемах современных профессионалов и карьерных возможностях

Зачем нужны профессиональные объединения

Раньше Союз журналистов был профсоюзом и обладал материальными возможностями, которые позволяли манипулировать журналистским сообществом. Сейчас это тоже союз, но поскольку все СМИ разобщены и принадлежат разным владельцам с разными политическими взглядами и источниками финансирования, то сейчас зрелым журналистам по сути он не нужен. И мне понятно, что надо практиковать какие-то формы, которые бы заинтересовали всех. Наверное, прежде всего это проекты, связанные с молодёжью.

Я мониторил: молодёжь хорошая есть, а приложить им свои профессиональные знания негде. Мы привели много новых членов благодаря тому, что для кого-то моё слово до сих пор что-то значит, поскольку у меня были и есть возможности предлагать работу и какое-то обучение. Конечно, мешало отсутствие собственного помещения Дом журналиста был на ремонте. Но и после его открытия нам по-прежнему негде собираться.

Мы прилично почистили фотономинацию на «Золотом пере». Например, убрали оттуда такие рудименты, как сдача бумажных фотографий. Расширили серию до 12 фотографий по международным стандартам. Есть и другие рабочие проекты. Например, мы обнаружили, что с нами хочет дружить Берлинский союз журналистов. Оказывается, у них там почти две тысячи членов, а председатель фотограф.

Но в целом делать надо гораздо больше, чем сделано. В нынешнем своём виде Союз журналистов полезен только для работы с молодыми авторами, а ведь раньше это была работа и с пожилыми членами, но на это сейчас нет средств.

В идеале Союз должен заниматься следующими вещами: внятной образовательной программой, основанной на практической и выставочной деятельности, а также помощью в публикации. Сейчас с этим сложнее всего: либо молодым фотографам не платят денег, либо устанавливаются какие-то свои правила. Не везде адекватный уровень качества, да и шкала критериев как-то сейчас размылась.

Беда в том, что у нас сразу готовят абстракционистов, а перед этим надо хотя бы руку нарисовать, как в Суриковском училище. У нас же из учеников сразу переходят в гении, нет мастеровитости. Профессионал от непрофессионала отличается тем, что ты готов каждую минуту показывать своё ремесло на 100% своих возможностей. И неважно, снимаешь ли ты боевую операцию в горячей точке, экспедицию на Северном полюсе или совещание топов в какой-нибудь компании. Или ты висишь привязанный на растяжках на вертолёте 300 метров над зёмлей или комфортно сидишь и пьёшь кофе, а вокруг тебя заседают вальяжные люди ты всё равно должен сделать качественную работу.

И если у тебя прописано ТЗ, ты должен его выполнить на 100%, хоть кровь из носу.

Что происходит с образованием фотографов

Сейчас достаточно много образовательных проектов. Это может быть фотограф, который организует творческую мастерскую и сам обучает. Есть целые частные школы, где набирают преподавателей, которые обучают по строгой программе. И в таких школах большие профессионалы, такие как Саша Беленький, не гнушаются преподавать самые азы фотографии. Это удивительно, когда университетский преподаватель рассказывает то, чему раньше учили в кружке Дома пионеров. Бывает и так, что фотограф за свою жизнь снял две серии и вдруг стал «гуру». Не берусь судить, но всё-таки у учителя должен быть какой-то багаж.

Я бы, наверное, шел заниматься к конкретному мастеру, не покупался бы на красивые обёртки. Важно посмотреть на посыл мастера или он готовит клонов себе, или воспитывает самостоятельную творческую личность. Подражать не стоит нужно правильно изучать приёмы, оценивать и препарировать работы мастера. Ведь многие так и остаются всю свою творческую карьеру в подражательстве это опасный путь.

Операция осетинского спецназа по восстановлению исторических границ Южной Осетии. Южная Осетия — Грузия, август 2008 года

Как строить карьеру молодому специалисту

В своей карьере я застал время расцвета фотографии. Проработав в таких газетах, как «Ленинградская правда», «Известия», «Парламентская газета», газета «Федерация», я за всю жизнь не снял ни одного партийного собрания. Это было время, когда мы действительно творили, несмотря ни на что. Конечно, мне повезло с изданиями. В 1980-1990 годах «Известия» была сборной Советского Союза по фотографии.

Сейчас очень сложно, потому что все традиционные СМИ вроде бы как и умерли, а вроде и опять возрождаются, как «Русский репортёр». Но, несмотря на эти трепыхания, общемировая тенденция такова, что все крупнейшие бренды, незыблемые журналы, которые были для нас приличными авторитетами, ушли в цифру. И уже нет этого прекрасного тактильного ощущения. А в новых изданиях нет класса, очень много вкусовщины. Но самое печальное, что в большинстве из них и денег нет.

Да, на Западе есть такие специалисты, которые просыпаются утром и думают, как сегодня будут снимать 500 вариантов спичечного коробка для фотобанка. И он знает, что все по «рублю» у него купят. У нас и фотобанков таких востребованных нет, поэтому для 99,9% фотографов любое предложение о профессиональной работе надо воспринимать как подарок судьбы. Если тебя позвали работать штатно в любом издании беги туда, забыв все на свете! Если есть возможность работать с несколькими изданиями, тоже надо пользоваться. Я на себе это испытал.

Тех, кто в России зарабатывает на жизнь честно репортёрским трудом, можно сесть и посчитать в Facebook даже сотни не наберётся. В Москве это МИА «Россия сегодня», ТАСС, «Коммерсант», «Известия», ну и какие-то московские издания. В Питере всё очень грустно, поэтому наши ребята бегут в Москву и работают там гастарбайтерами. А что делать, если человек хочет развиваться.

По поводу европейского рынка у нас очень много иллюзий. Забавно, когда фотограф говорит, что он востребован за рубежом. Да, есть Козырев из агентства NOOR это фотограф-личность. Есть те, кто работает на агентства, в том же Питере. Но это востребованность не человека, а агентства, которое он представляет. Так что часто получается, что один день тебя просят снять интересный проект, а другой блюдо сверху в ресторане. За рубежом хватает своих фотографов, а если что-то нужно здесь, то они организуют представительство в России.

Если понимают, что обойдутся, то закроют, как ставку Reuter в Петербурге.

О современных стандартах работы

Конечно, на Западе многое стандартизировано, поскольку они этим занимаются давно. Когда я снимал для западных СМИ еще в 1980-1990 годах, то они присылали очень чёткие технические задания. У американцев и немцев чётче, у французов более размыто, но всё равно для нас это тогда было удивительно. Мы-то больше о вечности и душе…

Сейчас происходит парадоксальная вещь. Российские фотографы, особенно молодого поколения, настолько готовы следовать стандарту и трендам, что готовы убивать своё творческое «я». И получается, что мы более прозападные, чем реальные западные фотографы. А ради чего мы пришли в эту профессию? Наверное, чтобы высказаться и оставить что-то в вечности. А если тебе нравится соответствовать стандартам, тогда и занимайся корпоративной съёмкой. Я год просидел в корпорации и открыл для себя целую «поляну» фотографов, которые абсолютно никому не известны, но очень неплохо зарабатывают. Оказывается, что это огромный рынок, где всегда есть какие-то тендеры. Я там увидел таких «мастеров», от которых волосы дыбом вставали, но они неплохо живут. Вот там всё прописано в техническом задании.

Наверное, этот вопрос всегда стоял. Если ты пришёл в фотографию, то в первую очередь это искусство и нужно быть творческим «я».

 

Последние тренды в фотографии

Трендов очень много, и они зависят от требований конкретной выставки, конкурса или издания. Несмотря на то что все ругают World Press Photo, всё равно по инерции каждый год десятки тысяч фотографов туда отправляют работы. Понятно, что конкурс политизированный. Как и большинство фотографов, когда я увидел тот самый снимок с убитым послом, я сразу понял, что он будет победителем. Там совпало всё: от художественных и журналистских достоинств до темы и тренда. На 99% было ясно, что это победа.

Но это хотя бы действительно фотография. А если вспомнить победительницу несколько лет назад, то на её снимке американский налоговый инспектор бродит по квартире человека, который не в силах отдать кредит. Тема оказалась актуальной, в Америке был кризис. И если сравнивать, то фотография этого года останется надолго в истории, она стала символом. Но большинство победителей не стали.

Сейчас всё больше людей принимают участие в китайском аналоге конкурса WPPhoto, и он очень сильно подрос. Наши агентства уже отправляют туда в фотографии. Он более широкий по охвату тем, потому что в том же World Press Photo можно посмотреть спорт и природу, а всё остальное одно и то же трупы, войны и катастрофы в разном виде. Но ведь жизнь не в этом заключается у большинства людей.

Хотя на данный момент это фотографический «Оскар» в силу своей давней истории, но есть гораздо более интересные конкурсы со своими победителями.

Что произошло с переходом в цифру

Если сравнить технические возможности фотографии, когда я пришёл в профессию, и нынешние это небо и земля. Для нас повысить чувствительность плёнки с 160 единиц до 800 было очень проблематично. Сейчас можно снимать и на 30 тысячах.

Но это не принесло никакой революции в саму фотографию документальную, журналистскую. Никто не стал снимать поры или жилки на глазах, всё равно о душе снимают. Благодаря техническим возможностям фотография стала более расслабленной. Не неряшливой, а именно расслабленной. Раньше композицию мерили по золотому сечению, а теперь больше в стиле «фотограф так увидел». Парадокс в том, что, несмотря на фантастические технические возможности, которые будут и дальше развиваться (для прикола журнал Sports Illustrated снимает обложки на телефон Motorola, а в последние модели Huawei уже встроены два объектива Leica), глобальные технические изменения повлияли только на спортивную фотожурналистику и съёмку природы.

Конечно, отсутствие необходимости проявляться и печатать на бумаге повлияло на фотографию. У тебя остается больше времени на творчество. Раньше ты приезжал из командировки и у тебя лежало несколько сотен плёнок, и это было состояние тихого ужаса, потому что нужно было провести пару суток в фотолаборатории. Цифровое изображение ни в чём не уступает плёнке по широте, плюс у тебя есть инструменты обработки, допустимые в журналистике, скорость передачи и наслаждение самим процессом. Раньше для меня обработка и печать были большим отрицательным довеском к моей любви к фотожурналистике.

Сейчас человек со средним образованием может освоить техническую часть фотографии за половину учебного дня. Я знаю кучу профессионалов, которые снимают в автоматическом режиме и не собираются ничего менять, а мы говорим о документальной фотографии. Так что преимуществ много, и одно из них это то, что в фотографию пришло большое количество женщин, потому что камеры стали легче и процесс упростился и стал «изящным». Вот это здорово повлияло на профессию в лучшую, на мой взгляд, сторону.

Справка

Андрей Чепакин работал в крупных российских газетах «Ленинградская правда», «Парламентская газета», «Известия». Последние десять лет руководил фотослужбой в газете «Невское время», которая имела неофициальный статус «самой фотографической газеты в России». Лауреат национальных и международных премий. Имеет государственные награды.

 

 

На заходном фото. Фото сёрфера на фоне садящегося в аэропорту Денпасар самолёта признано NRC Handelsblad самой экстремальной фотографией 2014 года. Кадр для «Невского времени» был сделан в Тихом океане, недалеко от аэропорта Нгурах-Рай на Бали. Самолёты, заходя на посадку, пролетают там очень низко над поверхностью океана. Иногда воздушное судно оказывается даже ниже, чем катающиеся по волнам сёрферы.
Фото: Андрей Чепакин

Мар 20, 2017

Email-рассылки, нативная реклама, платная подписка и клубная модель — медиаэксперт Андрей Мирошниченко разобрал последние...

О юных фотокорах – тогда и теперь

ЖУРНАЛИСТ публикует отчет Reuters о потреблении цифровых новостей (читайте первую и вторую части). Третий фрагмент о том, почему...