Конституционный суд ужесточил антиэкстремистское законодательство без обсуждения

Окт 19, 2017

Конституционный суд (КС) признал правомерными ограничения на публицистическую деятельность для граждан, прежде осужденных по экстремистским статьям Уголовного кодекса. По мнению КС, это необходимо для защиты общества от радикальных идей. Эксперты напомнили, что кроме случайных пользователей интернета теперь обвинения в экстремизме все чаще предъявляют оппозиционерам. Таким образом, мнение КС власть может использовать для запрета публичных критических высказываний в свой адрес.

В КС обратился общественный деятель из Уфы Айрат Дильмухаметов, которого ранее суд приговорил к трем годам колонии за статьи, «публично оправдывающие терроризм». Ему также было запрещено в течение двух лет заниматься публицистической деятельностью. «Мемориал» уже внес Дильмухаметова в список политзаключенных.

Сам он уверен, что стал одной из многочисленных жертв пресловутого антиэкстремистского законодательства, но теперь власти нарушают и его право на свободу высказываний. В своем иске, оспаривающем конституционность подобных ограничений, он указал, что Конституция и российские законы гарантируют всем гражданам возможность беспрепятственно придерживаться своих убеждений и выражать свое мнение. Тем более что понятие «публицистическая деятельность» точно не определено, а значит, под него могут подпасть любые высказывания человека в общественном пространстве.

Однако КС жалобу Дильмухаметова отклонил, а следовательно, сделал невозможными другие подобные иски. Напомним, что решения суда окончательные и обжалованию не подлежат. В определении КС сказано, что реализация любых свобод, включая свободу мысли, слова и творчества, «не должна нарушать прав других лиц, носить общественно опасный и противоправный характер». Поэтому виновные могут привлекаться к ответственности ради «охраны публичных интересов».

КС заявил, что необходимость борьбы с экстремизмом и терроризмом, в частности путем ограничения соответствующей информации, подтверждается и международными соглашениями. К примеру, специальная Конвенция Совета Европы допускает принятие надлежащих мер в области образования, культуры, информации, массмедиа и просвещения общественности в целях предупреждения террористических преступлений и их негативных последствий.

В определении КС говорится:

На это обращает внимание и Европейский суд по правам человека, полагающий, что необходимо избегать выражений, которые беспричинно оскорбительны для других, ущемляют права и не привносят в публичные обсуждения ничего, что способствовало бы общественному прогрессу.

Суд также пришел к выводу, что наказание в виде запрета заниматься определенной деятельностью «имеет еще и явно выраженную превентивную направленность, лишая осужденного перспективы злоупотребления возможностями, вытекающими из занятия той или иной деятельностью, в целях предупреждения повторного совершения им аналогичного преступления».

При этом, конечно, в определении КС указано, что суды обязаны мотивировать в обвинительном приговоре выводы по вопросам, связанным с назначением наказания, его видом и размером – и в том числе применение дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Руководитель уголовной практики BMS Law Firm Тимур Хутов пояснил «НГ»:

В данном контексте можно согласиться с решением КС, поскольку осужденному помимо основного наказания было назначено дополнительное, что разрешено законом.

Однако эксперт не стал отрицать, что несовершенство антиэкстремистского законодательства позволяет также злоупотреблять этими ограничениями.

Юрист Центральной коллегии адвокатов Сергей Савченко подтвердил, что вся проблема в правоприменительной практике, поскольку многие из сегодняшних «экстремистов» осуждены за безобидные посты в интернете. И есть такая вероятность, что при сегодняшней тенденции, направленной против свободы слова, ограничения на «публицистическую деятельность» могут быть использованы не только против настоящих экстремистов, но и против тех, кто попал под статью за проявление своей гражданской позиции. То есть, по сути, всем, кто критикует политику властей, могут таким способом постепенно запретить появляться в сети. Савченко заявил:

Нужно, чтобы судебные решения изначально были адекватными. Для этого надо требовать, чтобы Верховный суд подробно истолковал, что считать объектом правонарушения, каковы методы оценки тяжести правонарушения и т.д.

Глава информационно-аналитического центра «Сова», член президентского Совета по правам человека Александр Верховский убежден, что при сегодняшнем антиэкстремистском законодательстве власти могут злоупотреблять такого рода дополнительным наказанием «в своих политических целях». По его словам, масса пользователей были осуждены за экстремизм по формальным основаниям:

Поэтому, конечно, запрет на публицистику при неправомерных приговорах выглядит весьма сомнительно – как очередная попытка придушить свободу мнений среди критиков власти.

Верховский указал на целый ряд вопросов – к примеру, не ясно, что именно нужно понимать под публицистикой: «Может ли человек написать пост в блоге или нет, оставить свой комментарий под чужим? Закон не вдается в такие тонкости». То есть все это остается на усмотрение правоохранительной системы.

 

Источник: Независимая газета