В начале февраля в новосибирских СМИ появилась информация о том, что владельцев дорогих коттеджей оштрафовали за захват берега реки Оби. Этот случай можно назвать если не уникальным, то уж точно очень редким. И не потому, что в России мало наказывают за нарушения Водного кодекса. Причина в другом: эти штрафы — реакция органов власти на общественное расследование Фонда борьбы с коррупцией

Журналисту, общественнику или любому другому человеку, имеющему отношение к медиа, до сих пор очень сложно добиться конкретной работы от контролирующих органов. По большому счету, если на обращение общественника (или журналиста) о какой-либо несправедливости чиновник не ответил банальной отпиской — это уже маленькая победа.  А в том случае, если представители власти возбудили проверку или тем более кого-то наказали, заявителю стоит писать об этом в своих ресурсах и гордиться.

ЕЖЕДНЕВНО МНОЖЕСТВО НЕРАВНОДУШНЫХ ГРАЖДАН СООБЩАЮТ О ТЕХ ИЛИ ИНЫХ НАРУШЕНИЯХ, НО ЛИШЬ КРАЙНЕ МАЛАЯ ДОЛЯ ЭТИХ ОБРАЩЕНИЙ ДОХОДИТ ДО КОНКРЕТНЫХ РЕАКЦИЙ

Этот вывод сделан в результате многолетней работы автора в сфере расследований. Чтобы заставить чиновника работать по проблеме, мало просто написать письмо, содержание которого будет сводиться к восклицанию «Доколе?!». Для этого заявителю нужно собрать достаточно фактического материала и провести аналитическую работу. В связи с развитием интернет-технологий сделать это сегодня гораздо проще, чем кажется. Практически любой гражданин, имея соответствующую мотивацию, таким образом может хотя бы немного повлиять на власть, проведя собственное общественное расследование.

 

ОБЩЕСТВЕННЫЙ ИНТЕРЕС

Предположим, вы не имеете прямого отношения к медиа. Живёте своей жизнью, работаете условным менеджером, но не просто существуете, а задумываетесь о происходящем. Для вас важны и наполнены смыслом такие понятия, как «справедливость», «равноправие» и проч. И вот однажды вы узнаёте, что в парке рядом с вашим домом вырубают деревья и вот-вот начнется какая-то стройка. Будучи неравнодушным гражданином, как вы поступите? Наверняка захотите выяснить, кто, зачем и по чьему указанию это делает! Вот с этого начинается общественное расследование.

Пожалуй, нет смысла искусственно создавать какое-то чёткое определение этого понятия. Вместо этого вспомним основные черты журналистского расследования и провёдем сравнение с общественным. Таким образом лучше всего удастся описать формат, о котором мы говорим. Тем более что отличий между журналистским и общественным расследованиями совсем немного.

Для начала важное уточнение: можно говорить в целом о расследованиях как о жанре, либо как о методе работы. Автору этой статьи гораздо ближе второй подход, потому что рамки любого жанра сейчас очень размыты и пытаться их сделать чётче — не наша текущая задача.

Цель любого расследования — обнаружить и сделать доступной информацию, которую кто-либо пытается скрыть

Однако эти непубличные сведения изначально должны представлять общественный интерес, иначе в расследовании нет смысла. Опытные журналисты, конечно же, интуитивно чувствуют, есть ли в теме общественный интерес. Тем же, кто в профессии недавно, нужно понимать, на что ориентироваться при определении этого интереса. Виктор Юкечев, руководитель Института развития прессы — Сибирь, и Юрий Тригубович, эксперт правозащитной сети «Так-так-так», говорят об этих ориентирах так: «Применительно к массовым коммуникациям общественный интерес предполагает:

  Раскрытие и предотвращение преступлений.

•   Раскрытие антиобщественного поведения.

•   Раскрытие коррупции и несправедливости.

•   Раскрытие существенной некомпетентности и халатности.

•   Защиту здоровья и безопасность людей.

•   Защиту граждан от введения в заблуждение заявлением, действием (или бездействием) отдельного лица или организации.

•   Раскрытие информации, которая даёт возможность людям принимать более информированное решение по общественно важным вопросам.

Общественный интерес может заключаться в любой проблеме, которая касается несправедливости в отношении большого количества людей (местного сообщества)»*.

В нашей истории с парком мы понимаем, что общественный интерес здесь, конечно же, есть, и ситуация с непонятной вырубкой деревьев подходит почти под любой вышеуказанный пункт. А теперь давайте попробуем посмотреть, как поведет себя журналист, а как — условный гражданский активист, столкнувшись с такой темой.

 

ДЛЯ ЧЕГО ВСЕ ЭТО

Задача профессионального журналиста — информировать общество. Для этого он делает материал, помогает его распространить, а потом переходит к другой теме. В случае с парком среднестатистический журналист проведет расследование, установит причинно-следственные связи, получит гонорар и, возможно, будет время от времени следить за развитием событий. Если инфоповода в этой теме больше не появится, то журналист к ней вряд ли вернется. Это, конечно же, не означает, что журналисту всё равно, решится проблема или нет. Просто сотрудник СМИ далеко не всегда может позволить себе долго работать над одной темой.

Мотивация общественного расследователя другая. Во-первых, в большинстве случаев это не постоянный статус. Наш условный менеджер может пробыть гражданским активистом всего несколько месяцев, а потом вернуться к обычной жизни. Во-вторых, никаких гонораров за свою общественную деятельность этот человек не получит. Что же им движет? Здесь кроется одно из главных отличий журналистского расследования от общественного.

ЦЕЛЬ ОБЩЕСТВЕННОГО РАССЛЕДОВАНИЯ — НЕ СТОЛЬКО ПРОИНФОРМИРОВАТЬ О ПРОБЛЕМЕ, СКОЛЬКО ДОБИТЬСЯ ЕЕ РЕШЕНИЯ

В этом смысле публичность — это лишь инструмент достижения цели. Привлекая внимание к проблеме, подключая СМИ и пользователей соцсетей, общественник увеличивает шансы получить нужный результат.

Такой расследователь видит свою задачу в том, чтобы остановить застройку парка (особенно если выяснится, что она незаконна). Для этого он готов идти в суд, устраивать пикеты, организовывать сбор подписей.

КОМАНДЫ РАССЛЕДОВАНИЙ

Одно из существенных различий между видами расследования заключается в том, кто конкретно им занимается. Общественное расследование потому так и называется, что ведёт его, как правило, не один человек, а команда. Для эффективной работы роли в команде должны быть определены достаточно чётко. Как правило, она состоит из:

1   Ведущего

Это не столько руководитель работы, сколько координатор. Причём он необязательно должен быть инициатором расследования (ведь о проблеме может рассказать, а затем предложить изучить её кто угодно). Задача ведущего — собирать воедино информацию от всех остальных участников, обеспечивать развитие темы, за ним последнее слово в спорных ситуациях.

2   Журналиста

Так или иначе, в любом расследовании не обойтись без профессионального журналиста. Как было сказано выше, сила такой работы — в публичности. А добиться её будет непросто без профессионала, который сможет умело доносить информацию о ходе и результатах деятельности широкой аудитории. Кроме того, наличие журналиста в команде может значительно сократить время расследования: ведь на запросы от его редакции органы власти будут отвечать 7 дней, тогда как гражданский активист вынужден дожидаться ответа месяц.

3   Юриста

Его присутствие необходимо команде. Он сможет дать обзор правовой базы по изучаемой теме, консультировать в процессе работы и подсказывать неожиданные решения. Без юриста команда расследования будет работать вслепую, так как именно он может задать чёткие ориентиры в исследуемой проблеме. Кроме того, он необходим на финальном этапе расследования, когда появляется какой-либо итоговый медиапродукт для публикации. Без предварительной юридической экспертизы материал расследования публиковать не рекомендуется.

4    Профильных экспертов

Это люди, которые помогут команде разобраться в тонкостях изучаемой проблемы. Без человека, который знает ситуацию изнутри, слишком велика вероятность, что команда так и не докопается до сути или же упус­тит какие-либо важные детали. Эксперты нужны на всех этапах работы над темой. Их активное участие в команде расследования сделает итоговые выводы значительно более ценными.

5   Волонтёров

Практически в любом расследовании появляется необходимость какого-либо массового сбора информации. Зачастую эти данные нужны из нескольких регионов. Решить такую задачу без единомышленников-волонтёров, которые просто так, «за идею», решат помочь команде расследования, крайне сложно. Поэтому важно найти потенциальных волонтеров и замотивировать их на сотрудничество. Как правило, волонтёрам даются какие-то несложные задания: например, сфотографировать какие-то места, задать определенные вопросы врачам в своём городе и проч.

Несомненно, все эти люди есть и в журналистском расследовании. Однако профессиональный журналист не подключает их ко всему процессу работы, он лишь обращается к ним за консультацией. Таким образом, роль эксперта-эколога или юриста чётко определена в такой работе — они лишь отвечают на вопросы, поставленные журналистом или максимум делают экспертизу итогового медиапродукта. В этом смысле они, конечно же, не являются участниками какой-либо группы расследователей.

Естественно, у этих подходов есть свои плюсы и минусы. Поэтому в каж­дой отдельной ситуации автору расследования стоит изначально определиться, в качестве кого оно выступает в данной работе: журналиста, который разберётся в теме и привлечёт к ней внимание, или же активиста, готового тратить свои ресурсы именно на решение проблемы.

 

Профессиональные расследователи

В начале статьи шла речь о том, что общественный расследователь — это не постоянный статус. Однако есть, конечно, исключения. В России существует несколько команд «профес­сиональных общественных расследователей». У каждой из них есть своя методика работы, темы, с которыми они ассоциируются. Работа этих команд часто подкидывает инфоповоды средствам массовой информации.

Такие организации или просто неформальные объединения часто работают в каких-то конкретных направлениях. Например, «Комитет по предотвращению пыток» занимается изучением случаев нарушений прав человека. Соответственно, именно в таком смысле эта организация понимает специфику общественного расследования. В своей книге авторы КПП пишут:

Таким образом, определение «общественное расследование» применяется сейчас практически к любым действиям граждан или их групп, пытающихся получить и распространить достоверную информацию о какой-либо общественно значимой проблеме. Не оспаривая и не отвергая эту сложившуюся практику словоупотребления, мы считаем необходимым уточнить, что в целях настоящей публикации под общественным расследованием (если специально не оговорено иное) мы подразумеваем не любые виды расследовательской активности, а специфическую методику гражданского контроля, специально ориентированную на противодействие пыткам и некоторым другим видам грубых нарушений фундаментальных прав человека (на жизнь, свободу и личную неприкосновенность), учитывающую особенности этих нарушений в нашей стране.

Также интересен опыт социальной правозащитной сети «Так-так-так». Весь проект в целом посвящён общественным расследованиям, однако постоянных команд расследователей в нём нет. Для работы над каждой конкретной темой формируется отдельная группа. Обычно она существует до тех пор, пока идет изучение проблемы, и после этого может распасться.

Несмотря на определённое сопротивление среды общественные расследования живут и развиваются. Пока это не совсем понятное для большинства явление, у которого, однако есть огромный потенциал.

В обществе, к счастью, сохраняется запрос на справедливость, а значит, находятся те, кто готов объединяться, пусть временно, для самостоятельного решения своих проблем. И это, конечно же, не умаляет ценности профессионального журналистского расследования. 

МЕДИАСПЕЦИАЛИСТ ВО МНОГИХ СЛУЧАЯХ СПОСОБЕН РЕШИТЬ ПРОБЛЕМУ, ПРОСТО РАССКАЗАВ О НЕЙ. А ПОЭТОМУ, НЕ ТАК ВАЖНО, КАКИМ БУДЕТ РАССЛЕДОВАНИЕ

Сверхзадача у него всё равно одна — например, остановить ту самую незаконную застройку парка.

* Взято из книги ИРП — Сибирь «Какие медиа — такое и общество».
Фото: shutterstock.com

Апр 24, 2017
Чрезвычайная плотность верстки, нивелированная система стилей и отсутствие чётких правил построения полос — пожалуй, ключевые п
Интервью Радио Свободы с журналистом Дафни Скиллен, которая выпустила книгу «Свобода слова в России.
Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.