Нужна ли президенту защита от вербальных атак

Российские СМИ в начале года обнародовали предложение спикера Госдумы Вячеслава Володина обеспечить защиту чести и достоинства президента России с использованием специального законодательства

Володин сослался на пример США, где случаи привлечения к ответственности за посягательство на репутацию главы государства имели место в 2015 году и сопровождались тюремным заключением нарушителей, а также на общую практику, существующую «везде». Исходя из контекста, господин Володин (речь шла о сроках тюремного заключения), считает приоритетным уголовное преследование за вербальное посягательство на президента. В Администрации президента в свою очередь указали, что вопрос необходимо проработать с учётом международного опыта. Действительно, опыт такого рода обширен и разнообразен.

 

Российское законодательство

В действующем российском праве есть необходимые и, возможно, достаточные меры защиты, которые могут быть применены для охраны репутации главы государства. В частности, Уголовный кодекс устанавливает не только ответственность за клевету (статья 128.1), к которой нарушитель может быть привлечен как за покушение на репутацию «обычного» человека, так и за посягательство на честь и достоинство президента, но и специальную ответственность за оскорбление представителя власти (статья 319). Так что репутация может быть защищена в уголовном порядке как от распространения заведомо ложных сведений (клеветы), так и от представленных в неприличной форме выражений (оскорблений).

Самые суровые приговоры, вынесенные по этим статьям, могут грозить обязательными или исправительными работами

Одна из основных претензий тех, кто радеет за специальный закон о защите главы государства в том, что обычно оскорбление и клевета — дела так называемого частного обвинения, то есть преследование по ним может инициировать исключительно сам потерпевший. Однако, что ещё важнее, в существующей правовой реальности упомянутая претензия справедлива только применительно к обычной клевете, без «отягчающих обстоятельств». В случаях оскорбления главы государства как должностного лица или при распространении клеветы публично и/или в СМИ (отягчающее обстоятельство), уголовное преследование могут инициировать уже правоохранительные органы.

Инициативы о введении специального наказания за посягательства на честь, достоинство, деловую репутацию главы государства, выглядят не слишком логично в контексте происходящего в целом процесса гуманизации уголовного права. Практика иностранных государств — разная и демонстрирует подчас полярные подходы.

 

Законодательство в странах ЕврАзЭС

В странах, наиболее близких России и с территориальной, и с интеграционной точки зрения, найдены диаметрально противоположные подходы к вопросу юридической охраны репутации президентов. Например, в Беларуси статья 367 УК предусматривает, что за клевету в отношении главы государства (в публичном выступлении, либо в СМИ, либо в интернете) можно получить вплоть до пяти лет лишения свободы. А за оскорбление президента можно «схлопотать» не более чем два года лишения свободы (статья 368 УК). Отдельный состав преступления образует оскорбление любых иных представителей власти, наказание за которое мягче, чем за посягательство на главу государства, и похоже на то, что действует сейчас в России.

Статьи 367 и 368 белорусского УК, регулярно применяются в том числе против журналистов. Несмотря на это, сейчас применяется либо условное наказание, либо дела вообще закрывают.

В законодательстве Казахстана статья 373 УК предусматривает ответственность за публичное оскорбление и иное посягательство на честь и достоинство «Первого Президента Республики Казахстан», а статья 375 — за аналогичные посягательства на персону президента страны. Максимум по этим статьям — лишение свободы до трех лет. В УК Казахстана есть и общая норма — наказуемо оскорбление любого представителя власти. Но немаловажно отметить, что этот «дракон» в последние годы дремлет — известных случаев привлечения к ответственности не было.

А в Кыргызстане из уголовного права были полностью изъяты нормы об ответственности за клевету и оскорбление. Такое решение основывается на положениях конституции, принятой на всенародном референдуме 2010 года. Пункт 4 статьи 20 устанавливает, что некоторые аспекты реализации прав и свобод не могут быть ограничены ни при каких условиях. К их числу относится и запрет на уголовное преследование за распространение информации, порочащей честь и достоинство личности. Споры о защите деловой репутации решаются исключительно в рамках гражданского права.

 

Законодательство Франции

Франция, как и Россия, состоит в Совете Европы и признаёт юрисдикцию Европейского суда по правам человека. Именно судебные споры по рассматриваемой тематике из Франции доходили до ЕСПЧ.

Национальные нормы о защите репутации президента анализировали на соответствие Конвенции о защите прав человека и основных свобод

Закон от 29 июля 1881 года «О свободе прессы» содержал статью 26, которая до 2013 года предусматривала уголовную ответственность за оскорбление президента. Это наказывалось штрафом в €45 тыс. Но за последние 30 лет по этой статье не было открыто ни одного дела. Однако в 2008 году произошло исключение из наметившегося правила — Эрве Эон. Его дело имело такую фабулу: 28 августа 2008 года в Лавале, при появлении кортежа Николя Саркози, господин Эон достал плакат, на котором было написано:

Отвали, идиот несчастный!

Таким образом он сделал отсылку к реплике президента, произнесённой им во время сельскохозяйственной выставки, когда один фермер отказался пожать ему руку. Эта фраза широко освещалась и в СМИ, и в интернете. 6 ноября 2008 года суд вынес решение, которым Эрве Эон признали виновным и приговорили к штрафу в €30 с отсрочкой исполнения. Господин Эон обжаловал приговор во внутригосударственных инстанциях, а исчерпав их, обратился в ЕСПЧ.

Несмотря на согласие с формальными аргументами правительства, ЕСПЧ счел, что Франция нарушила право гражданина на свободу выражения мнения. Вот как суд обосновал свою позицию.

Пункт 2 статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод не оставляет возможности для ограничения свободы выражения мнения в контексте произнесения политических речей и политической дискуссии.

Границы допустимой критики в отношении политиков в связи с их деятельностью шире, чем в отношении остальных граждан

Повторив резкое выражение, использованное самим президентом, которое получило широкое распространение в СМИ, а затем цитировалось, зачастую в юмористическом ключе, заявитель озвучил свою критику, прибегнув к дерзкой сатире. Сатира представляет собой форму художественного самовыражения и общественной критики ввиду характеризующих её преувеличений и искажения реальности и, разумеется, провоцирует и вызвает возмущение. Именно поэтому следует с особым вниманием рассматривать случаи вмешательства в право артиста и любого другого лица на подобное самовыражение.

Привлечение к уголовной ответственности за подобное поведение может устрашающим образом повлиять на сатирические выступления по общественным темам, которые также могут играть важную роль для свободного обсуждения вопросов, представляющих интерес для общества, без которого не может быть демократического общества.

Решение ЕСПЧ вынесено 14 марта 2013 года, а уже менее чем через пять месяцев приняли закон, отменяющий статью 26 французского Закона «О свободе прессы». Просуществовавшая более века защита репутации первого лица Франции с использованием механизма уголовной ответственности, была признана не соответствующей современным реалиям.

Фото: shutterstock.com

Апр 26, 2017
Опыт главных редакторов и медиаменеджеров. Материал «Журналистики»
Есть ли шансы на выживание у печатных СМИ на кризисном рынке?