Как наше слово отзовется?

Оно может быть благом, а может стать ядом

Журналистка «Комсомольской правды» Елена Б., ставшая автором фейка о кончине Дмитрия Хворостовского, опубликовала свое заявление, где говорится, что она полностью признает свою вину и готова принести извинения певцу и его семье. Это хорошо.

Руководство газеты, между тем, никак не отреагировало публично на инцидент, не сообщило о том, какое наказание понесла журналистка. Возможно, реакция и была, но ее никто не заметил. Это плохо.

В прежние времена, когда СМИ были четвертой властью, когда им верили и с ними считались, такой прокол неизбежно грозил виновнику увольнением. Это правильно.

Ничего личного — только следование принципам профессии. Они, эти принципы, раньше означали прежде всего высокую, высочайшую ответственность перед читателем, слушателем, зрителем, за каждое напечатанное или выданное в эфир слово, за каждый факт. Ведь растиражированное миллионами копий это слово может быть благом, а может стать ядом. Вылечить или убить. Сделать мир лучше или порочнее.

Боюсь, что многим молодым журналистам этого уже не понять. Их с университетской скамьи приучили к тому, что можно наколачивать на компьютере в день десяток тысяч знаков (заметьте, знаков, а не слов!), не вставая при этом со стула и не поднимая телефонную трубку. Они переписывают с информационных лент, выдергивают из социальных сетей подворовывают друг у друга всякие «жареные» факты, нимало не заботясь о том, насколько это соответствует правде. А затем публикуют свои опусы, считая, что это и есть журналистика.

Они даже покурить или поболтать в коридор не выходят, а, «словно рабы на галерах», сидят и долбят по клавишам

Сам такое наблюдаю с ужасом, когда прихожу в редакции. Они даже покурить или поболтать в коридор не выходят, а, «словно рабы на галерах», сидят и долбят по клавишам. Мало охотников отправиться в командировку. Еще меньше — заняться расследованием, встретиться с нужным носителем информации, влезть в тему с головой.

Мне возразят: скорости сейчас другие, полос в газете в двадцать раз больше, а значит интенсивность труда стала куда выше. Ничего, дескать, с этим не поделаешь. Неправда! Ответственность надо воспитывать у журналистов, начиная с юных лет. Это гораздо важнее, чем учить их иным вещам, например, работе на компьютере или стенографии. Но, похоже, на профильных факультетах этому не придают никакого значения. Во всяком случае, встречаясь с деканами и преподавателями, я никогда от них ничего похожего не слышал. И начальству медийному прощать подобные проколы нельзя.

Я не кровожадный, просто за профессию больно. За ту, которой посвятил всю свою жизнь.

Иллюстрация: shutterstock.com

Окт 13, 2017
Юлия Калинина, обозреватель «МК», «Золотое перо России», рассказывает о работе и о себе
15 декабря — День памяти погибших журналистов. В этом году он пройдёт уже в двадцатый раз
Выбрать наилучший заголовок из нескольких можно уже после публикации, когда читатели проголосуют кликом