Александр Федоров: «Главная экологическая проблема в нашей стране — это пропасть между обществом и государством»

Интервью с председателем Ассоциации журналистов-экологов России

Ассоциация журналистов-экологов была создана в 2009 году при поддержке Союза журналистов России. Она помогает российским авторам, специализирующимся на экологической тематике. С момента основания ее возглавляет Александр Федоров, лауреат премии правительства Москвы в области охраны окружающей среды (2014 и 2017), сопредседатель Российского социально-экологического союза.

 

— В чем специфика работы журналиста-эколога?

— Если рассматривать журналистику как профессию, а не то, что мы наблюдаем сегодня на телевидении или в большинстве газет, то ничем. Это честная повседневная работа: изучение ситуации, знакомство с фактами, их анализ, общение с представителями разных точек зрения. Особенность сейчас может быть в том, что тема экологии нелояльна. Некоторое время назад, когда я проводил занятие на факультете журналистики, мне студенты так и ответили, что экология сегодня — тема нелояльная, а поэтому мы не будем ею заниматься.

 

— Что вы подразумеваете под «нелояльностью»?

— Эта тема связана с борьбой против коррупции, идет вразрез с определенными намерениями власти и интересами ни перед чем не останавливающегося бизнеса. Конкретный и очень горький пример — нападения на журналистов, которые защищали Химкинский лес.

 

— Напомните, пожалуйста.

— В 2007 году было принято решение построить платную дорогу Москва — Санкт-Петербург, чтобы разгрузить уже существовавшую трассу. Поскольку любое строительство связано с изъятием земель, то решено было прокладывать ее через лес — земля там дешевле, не надо будет ее выкупать и вступать в конфликт с собственниками. А так как любой проект сегодня рассматривается с точки зрения максимизации прибыли, то под предлогом этой стройки задумали сделать коридор по три километра с каждой стороны дороги вместо нормативных 600 метров.

Местные жители, которые любили свой лес и были против подобного строительства, разбили палаточный лагерь, регулярно дежурили и всячески мешали проведению этой дороги. Сопротивлялись они достаточно долго и так сумели организовать этот процесс, что информация об этом еще не самом тяжелом экологическом нарушении стала одной из самых заметных в СМИ. Президент России, на тот момент Дмитрий Медведев, даже провел специальное совещание по поводу этой автомагистрали. После обсуждения он сказал замечательную вещь: во-первых, эта трасса не решает транспортной проблемы, во-вторых, она экономически невыгодна, а в-третьих, экологически ущербна. Однако поскольку обязательства уже приняты, придется дорогу достроить.

взаимодействие государства и общества эффективно только в тех случаях, когда оно не вступает в конфликт с коррупционными интересами

Одним из лидеров протеста был Михаил Бекетов, на которого несколько раз совершались нападения. После последнего избиения битой он впал в кому. Дело дошло до того, что сам президент Владимир Путин пожелал ему выздоровления. В итоге, когда журналист умер, осталось лишь приносить соболезнования.

Таких случаев немало. Этот просто особенно выделяется тем, что касался двух президентов нашей страны.

 

— Сегодня мы наблюдаем масштабные акции протеста во Франции, Бельгии, Германии и других странах. На улицы выходят совсем молодые люди, которые недовольны нынешней экологической обстановкой. Почему Россия стоит в стороне?

— Потому что проводится целенаправленная государственная политика по пресечению деятельности природозащитного движения. Так, за последние четыре года было ликвидировано порядка 25 экологических организаций. Причем зачастую с помощью правоохранительных органов.

 

— Но ведь еще год назад были многочисленные митинги в Подмосковье за закрытие мусорных полигонов…

— Они и продолжаются…

 

— Однако накал протеста все-таки упал.

— Это правда, но я так понимаю, что это пружина, которая сжимается. Несомненно, будет следующий всплеск недовольства. Мы видим это сейчас на примере Архангельской области, когда почти все жители вышли на улицы и готовы ценой преследований, увольнений и всего остального защищать свою малую родину от потока московского мусора.

 

— Мы много критикуем действия власти, но существует множество правительственных организаций, занимающихся экологией. Неужели у них не было никаких достижений?

— Одно дело — государственные правительственные организации наподобие министерств и ведомств. У них, безусловно, достижения есть, так как в их руках сосредоточено огромное влияние и финансы.

Если же мы говорим о близких к государству общественных организациях, то, на мой взгляд, они занимаются совсем не экологией. У них другая задача — одобрять действия правительства.

 

— А как вы оцениваете освещение экологических проблем государственными СМИ, например, федеральными телеканалами?

— Никак. Они не заинтересованы в этом. Более того, в год экологии (2017) ни одно государственное СМИ не сделало специализированной рубрики или программы на тему защиты природы. Действительно, было много публикаций, благодаря которым граждане стали более информированными о нынешнем состоянии среды, но в целом проблема игнорируется.

 

— Почему так происходит?

— Потому что государственные СМИ финансируются властью.

 

— Получается, любое сотрудничество с государством бессмысленно?

— Зависит от целей сотрудничества.

 

— Есть же примеры эффективного взаимодействия общественных организаций и государства?

— Сколько угодно. В частности, создание новых заповедников и национальных парков, которые часто проектируются общественными организациями; принятие решений по размещению тех или иных производственных объектов. Из последних событий: выпустили белух и касаток в Приморье. На самом деле, таких примеров много.

Дело в том, что взаимодействие государства и общества эффективно только в тех случаях, когда оно не вступает в конфликт с коррупционными интересами.

 

— Часто можно услышать, что экономический рост и экология — две вещи несовместные. Как вы относитесь к такому утверждению?

— Когда мы говорим о росте экономики, это не значит «рост любой ценой». Как только мы забываем об этом, тут же повышается заболеваемость населения, а значит, увеличиваются и расходы на здравоохранение. Неэффективная инфраструктура, которая быстро изнашивается и выходит из строя, тоже требует огромных средств. В итоге мы теряем больше, чем если бы сразу подумали об экологии.

 

— Есть ли сегодня в мире примеры одновременного экологического и экономического роста, так называемой «зеленой экономики»?

— Посмотрите на Германию, которая отказалась от атомной энергетики, а сейчас после прекращения добычи каменного угля собирается закрыть и угольные электростанции. Как видим, это не мешает немецкой экономике устойчиво расти.

Важно понять, что не бывает экономики без людей. Экономика — лишь средство развития общества. Она должна делать его более успешным и благополучным. Если это не так, то это не экономика, а что-то другое.

 

— Самая главная экологическая проблема для России сегодня?

— Мой любимый вопрос, на который я всегда отвечаю так: самая главная экологическая проблема в нашей стране — это пропасть между обществом и государством. Пока нет диалога, проблемы будут только множиться.

 

— Как вы относитесь к Грете Тумберг? Кто-то считает ее марионеткой в чьих-то руках, другие называют флагманом мирового экологического движения…

— У меня две дочери. Я совершенно четко представляю, что пытаться убедить девочку пятнадцати-шестнадцати лет в том, с чем она сама не согласна, бесполезно. Поэтому я смеюсь над всем этим «хайпом», который творится вокруг Греты. А то, что она говорит, — это правда, и делает она это очень смело.

 

— Нынешнее молодое поколение более экологически подковано, нежели предыдущее?

— Конечно. Дело в том, что сегодня молодежь многое видит, знает о происходящих в мире природных катаклизмах, что и делает ее более экологически сознательной. Это неизбежный процесс. 

Фото: Даниил Бабошин
Сообщить об ошибке
Янв 22, 2020
В Google Австралии и Новой Зеландии задумались о судьбе печатной рекламы

Интервью с заместителем главного редактора издания «Такие дела» Владимиром Шведовым

Вам будет интересно: