Зачем изданиям ИИ и чему должен научиться каждый приличный медийщик

Медиаэксперты делятся мнениями

 

Технологии рвутся вперед, редакции бегут за ними. Или не бегут? И нужно ли вообще бежать? ЖУРНАЛИСТ узнал у медиаэкспертов, зачем современным изданиям искусственный интеллект, каких технологий не хватает медиарынку и что должно быть в рукаве каждого приличного медийщика в 2021-м.

 

Илья Стечкин, эксперт Центра изучения интернета и общества при Российской экономической школе, преподаватель кафедры социологии журналистики факультета журналистики МГУ

— Какие задачи медиа может решить искусственный интеллект?

— ИИ — бытовой термин, специалисты говорят «нейронная сеть». ИИ в полном смысле пока что не существует. Сегодня обученные нейросети спокойно пишут новости, помогают журналистам и контрибьюторам официальных СМИ (например, Forbes) выбирать темы и даже иллюстрации. Например:

1) Forbes инвестирует в интеллектуальные инструменты для отдела новостей и контрибьюторов. Их систему управления контентом (CMS) зовут Берти, она рекомендует темы для статей, опираясь на историю успеха публикаций автора, помогает подбирать заголовки и иллюстрации. Тестируется функционал, который даже подготовит черновик текста — пелевинский «креативный доводчик» наоборот.

2) Quartz AI Studio помогает журналистам использовать машинное обучение при работе над публикациями. Инициатива появилась еще в 2018 под руководством Джона Кифа, который раньше возглавлял студию по созданию ботов. Интеллектуальные боты — один из самых горячих трендов 2020—2021 годов.

Но все это актуально для стран «золотого миллиарда». Даже там пока есть доступ к дешевой рабочей силе из развивающихся стран, а массовое внедрение ИИ под вопросом. Обучать нейросеть дорого, а в экономически устойчивых сообществах ИИ диктует спрос на специалистов в области машинного обучения, которых категорически не хватает.

 

— Каких решений не хватает на медиарынке?

— Технологий предостаточно. Проблема в их внедрении в редакционные практики, особенно в региональных медиа. Как говорил великий профессор Преображенский: «Разруха не в клозетах, а в головах».

 

Илья Стахеев, эксперт и преподаватель Центра научной коммуникации Университета ИТМО

— Какие задачи медиа может решить искусственный интеллект?

— Искусственный интеллект уже сейчас натренировывают на решение рутинных, повторяющихся задач в медиа, например, на написание новостей, распознавание изображений и многое другое. Кроме того, ему можно доверять функции модератора, который распознает в комментариях спам и оскорбления. И, конечно, это очень перспективный инструмент для дата-журналистики.

 

— Каких решений не хватает на медиарынке?

— Эти решения лежат вне области технологий: нам все еще не хватает свободы слова, журналистика все еще очень опасная профессия, и современными технологиями эти риски компенсируются очень слабо. Более того, технологические возможности вывели расследовательскую журналистику на новый, небывало высокий уровень, а значит, противодействие журналистам со стороны героев расследования будет только усиливаться.

 

— Что и как сегодня упрощает работу журналиста?

— Есть масса инструментов, которые позволяют организовать рабочий процесс более продуктивно. Это и таск-менеджеры вроде Trello, которые структурируют задачи, и формы удаленной связи (Zoom, Telegram, Skype и т.  д.), которые позволяют журналисту выходить в эфир из любой точки мира, где есть связь, выводить в эфир гостей, задействовать ресурсы людей со всего мира.

 

— Что нужно каждому приличному медийщику?

— Главный гаджет, он же главный рабочий инструмент, для приличного медийщика — его голова на плечах, главный софт — это образованность, живое воображение и критическое мышление. Остальное можно нагуглить.

 

Василиса Бейненсон, доцент кафедры журналистики института филологии и журналистики Нижегородского государственного университета имени Н. И. Лобачевского

— Какие задачи медиа может решить искусственный интеллект?

— Использование робожурналистов — алгоритмов, пишущих новости, существует еще со второй половины нулевых. Например, широко известен алгоритм Los Angeles Times, с 2007 «ведущий» криминальную рубрику. Но это весьма затратная история. Поэтому в российской практике робожурналистику используют мало, она доступна лишь крупным брендам вроде Интерфакса, ТАСС, Sports.ru. Да и круг тем, в которых можно применять роботексты, довольно ограничен: финансы, погода, спорт — везде, где есть поток структурированных данных.

Такие новости часто выглядят шаблонными. Но и преимущества робоновостей очевидны: они точны, безоценочны, генерируются быстро и по поводам, важным для предельно узкой аудитории. Например, чтобы писать новости для болельщиков всех местных спортивных команд, не хватит никаких человеческих журналистских ресурсов.

 

— Получается, такие алгоритмы могут только информировать?

— Не только, могут и развлекать. Например, в 2016 году нейросеть создала альбом «Нейронная оборона» в стиле песен Егора Летова, а в 2017-м вышел проект «Яндекса», где нейросеть сочиняет музыку в стиле Скрябина.

Нейросети, способные писать текстовые стилизации, оказались вполне применимы для создания развлекательного контента в массмедиа. Это доказывает проект Neural Meduza, где алгоритм, обученный преимущественно на заголовках «Медузы»*, создает пародийные абсурдные заголовки. Технологии «пародирования» могут использоваться и в СМИ. Например, когда Марк Цукерберг отказался давать интервью The Guardian, журналисты издания задали вопросы алгоритму Zuckerbot, обученному на интервью, постах и выступлениях самого Цукерберга, и получили ответы в стиле его речей. В 2019 году сингапурская редакция журнала Esquire выпустила целый номер, созданный при участии искусственного интеллекта AI Squire. Нейросеть сгенерировала колонку редактора и пять материалов, в том числе об истории ИИ.

Еще алгоритмы могут освоить функции редакторов и продюсеров. Такой робот формирует повестку дня, подбирая потенциально резонансные темы, определяет режим публикации материалов, распределяет контент по площадкам медиа. В октябре 2020-го премию Online Journalism Awards за лучшие инновации в журналистике впервые получил не человек, а алгоритм Sophi канадского издания The Globe and Mail. Он дистрибутирует и продвигает контент, верстает главную страницу, подбирает теги и рубрики.

 

— Каких решений не хватает на медиарынке?

— Индустрии не хватает сервисов, которые облегчили бы фактчекинг как для редакций, так и для обычных пользователей и сделали его хотя бы немного автоматизированным. Например, когда журналист сталкивается с фейковыми фото и видео, дипфейками или случаями, когда фото не соответствует тексту. Есть обратный поиск по фото в Google и «Яндексе», но гарантии успешного результата нет даже при поиске сразу на нескольких ресурсах. Еще сложнее определить источник видео и его достоверность. Периодически появляющиеся специальные сервисы по верификации видео пока остаются ненадежными и недолговременными.

Фактчекинг остается кропотливым человеческим трудом. При этом в соцсетях иногда по нескольку лет гуляют фейковые, но резонансные посты, вызывающие сильные эмоции (жалость, возмущение, умиление). Возможно, правильным решением была бы маркировка подобных публикаций со стороны, скажем, «ВКонтакте». Подобные эксперименты по маркировке фейков проводились в англоязычном Facebook, но до России подобная практика так и не добралась.

Еще одна технологическая мечта — алгоритм, способный рерайтить текст с заданными параметрами и привязывать к нему «бэкграунд» из публикаций этого же издания по похожей теме. В региональных информационных агентствах подавляющее большинство журналистов рерайтят новости из пресс-релизов и сообщений других СМИ с привязкой к предыдущим публикациям своего издания. В регионах практически умирает профессия корреспондента, выезжающего на события. Это как раз та работа, где робот не сможет заменить человека. Но на деле журналисты агентств занимаются рутинным тиражированием вторичной информации. Подобные задачи могли бы решаться соответствующими алгоритмами. Но человеческий труд здесь пока обходится дешевле.

 

— Что и как сегодня упрощает работу редакции?

— Весь спектр инструментов для визуализации контента. Есть много сервисов, которые позволяют делать материалы в различных мультимедийных форматах. От лонгридов (как широко известные Tilda или Readymag) до простых форматов вроде интерактивного фото (сервисы Thinglink, Interacty), фотослайдера «было-стало» (сервисы Jaxtapose, Interacty), инфографики (например, сервисы easel.ly, piktochart.com, infogram.com). Подобные сайты довольно просты в использовании и могут применяться самими корреспондентами. Проблема лишь в том, что рабочего времени у журналиста, тем более в региональной редакции, на визуализацию своего материала и продумывание интерактива чаще всего не предусмотрено. И даже вовлекающий, простой формат тестов не слишком востребован — он более трудоемкий по сравнению с простыми заметками, но не дает выигрыша в трафике.

Но визуализация все равно остается ключевым вопросом в работе редакции, поэтому здесь могут помочь навыки работы в универсальных сервисах по визуализации вроде canva.com или crello.com. Особенно такие инструменты могут быть полезны при работе издания в социальных сетях.

 

— Что нужно каждому приличному медийщику?

— Сервисы для проверки фото: обратный поиск по фото в Google и «Яндексе», TinEye — позволяют найти первоисточник; SurfSafe — расширение для браузера Chrome; FotoForensics — позволяет найти обработанные области на фото.

Сервисы для визуализации: Thinglink (интерактивное фото), Jaxtapose (фотослайдер), Interacty (интерактивное фото, фотослайдер, таймлиния, тесты и др.), Easel.ly (инфографика), Piktochart (инфографика), Infogram (инфографика), Wordart («облако тегов»), Canva (инфографика, плакаты, «открытки», презентации, видео, коллажи, форматы для соцсетей), Crello (инфографика, видео, анимация, логотипы, форматы для соцсетей).

 

*входит в реестр иностранных агентов

Иллюстрация: shutterstock.com
Сообщить об ошибке
Сен 20, 2021

семинары

Разбираемся вместе с сотрудниками «Почты России»
Инсайты с круглого стола, посвященного 75-летию журналистского образования в СПбГУ

Вам будет интересно: