Digital conversation: новое направление в гражданской журналистике

Как зарубежное издание возвращает доверие к журналистике и как новое направление осваивают российские медиа

 

Недавно LatAm Journalism Review подготовил материал о молодом колумбийском медиа Mutante, которое уже больше двух лет с готовностью обсуждает сложные даже по меркам СМИ темы: сексуальное насилие, моббинг (абьюз на работе), проблемы ментального здоровья.

Редакция Mutante находится в Боготе и состоит из всего лишь 12 человек. Медиа описывает себя как «диджитал-движение общественного разговора». Их цель — дать публике возможность высказаться, прийти к конкретным решениям конкретных проблем, с которыми колмубийское общество сталкивается ежедневно.

Mutante вырос из подразделения Camino — контент-студии, специализирующейся на социальных изменениях. Camino возникла в 2017 году по инициативе Хуана Камило Мальдонадо, Николаса Вальехо и Джулианы Сарате. Спустя год, в октябре 2018, появился Mutante: сначала как часть уже существующей организации, после — как независимый проект.

 

ЧТО ТАКОЕ DIGITAL CONVERSATION?

Создателей беспокоила дистанция между традиционными СМИ и аудиторией. Они понимали: необходимо разработать стратегию, чтобы наладить связь между ними; необходимо вернуть утраченное к журналистике доверие.

«Нам казалось, что только через разговор мы можем призвать людей действовать, включить их в то, чем занимаемся сами», — рассказал директор и соучредитель Mutante Хуан Камило Мальдонадо.

Другими словами, создатели Mutante не хотели заниматься обычной отчетностью — публиковать готовые исследования и преподносить их результаты как «открытия» — они хотели действий со стороны аудитории. Они хотели так называемого digital conversation — синтеза постоянного фидбека и краудсорсинга, который обеспечил бы участие аудитории в процессе. Кроме того, журналисты были уверены: в ходе общественных обсуждений, скрытых от глаз СМИ, накопилось достаточно знаний и решений, которые были бы полезными, если достигли большей аудитории.

И чтобы добиться желаемого, нужно как можно эффективнее и грамотнее объединить силы журналистики и цифровых технологий.

«Mutante был создан для того, чтобы стать мостиком между общественными организациями и остальным населением. [...] Осознав, в чем именно заключается наша миссия, мы разработали метод социальной беседы. Ее суть заключается в том, чтобы вовлечь аудиторию в тему на трех уровнях: дискуссионном (разговор), аналитическом (понимание) и акциональном (действие). В течение нескольких недель каждый из этих уровней переводится в серию цифровых действий, которые вместе составляют цикл», — объяснил Мальдонадо.

Другая цель подобной беседы — раскрыть потенциал аудитории. Основатели Mutante искренне верят в то, у каждого человека есть достаточно опыта и знаний, чтобы помочь в решении самых сложных проблем.

«В каком-то смысле Mutante — самый настоящий оптимист, который хочет возродить веру в людей и в то, что у них хватит сил, чтобы помочь общему делу».

Отечественные СМИ пока не настолько оптимистичны — для них все еще существует разделение на экспертов и не-экспертов, и граница между советами от читателей и советами от профессиональных психологов или юристов остается четкой.

Тем не менее формат vox pop в России популярен и используется многими медиа — как в развлекательных, так и в образовательных целях. От характера материала зависит степень участия аудитории в его подготовке. Пока что чем «серьезнее» материал, тем меньше в нем роль читателя или подписчика как профессионала. Востребован опыт, нужный для репортажей и интервью. Не востребовано мнение — разве что в социальных опросах.

Гибридных журналистских форматов, подобных digital conversation (за редким исключением), в России нет: краудсорсинг и та же работа с комментариями — пока самостоятельные явления, которые к общему знаменателю не приводятся.

 

СОЦИАЛЬНАЯ БЕСЕДА: ЭТАПЫ

Каждый цикл социальной беседы, предложенной Mutante, состоит из трех этапов. В ходе первого, дискуссионного, издание побуждает читателей взаимодействовать и дискутировать на предложенную тему — обычно это тема последнего опубликованного на сайте доклада.

Например, когда Mutante обратился к проблеме сексуального насилия в отношении девочек, то предложил читателям поделиться личным опытом.

«“Как с вами говорили о сексуальности, когда вы были еще маленькими? Были ли у вас дома «уроки полового воспитания»? Если да, то какие? Как в вашей семье обсуждалось сексуальное насилие и обсуждалось ли вообще?” — это вопросы, которые пробуждают личную память и помогают лучше понять отношение людей к теме, которую мы исследуем», — пояснил Мальдонадо.

На втором этапе, аналитическом, Mutante приглашает экспертов, чтобы те объяснили причины и следствия проблемы. Аудитория при этом может так же активно высказывать свою точку зрения.

Наконец, на последнем этапе СМИ разрабатывает стратегии коммуникации, чтобы побудить и ответственных лиц, и обычных граждан к действию. Так, в рамках цикла о детском сексуальном насилии Mutante написал два материала. Первый появился благодаря прямой трансляции с экспертом, которую издание организовало после публикации отчета.

«Мы спросили ее [эксперта], что бы она сказала девушке или женщине, которая подверглась насилию и хочет написать заявление. И она [...] ответила, что посоветовала бы ей подготовиться. Тогда мы решили написать руководство для тех, кто стал жертвой сексуального насилия — с пошаговой инструкцией, как подать жалобу», — рассказал Мальдонадо.

Некоторые российские медиа тоже прибегают к подобным форматам, хотя и не называют себя диджитал-движениями, а свои методы — социальной беседой. К обсуждению они предлагают тот же бесконечно широкий спектр социальных проблем: от ментальных расстройств до домашнего насилия.

Например, отечественная Meduza (признана Минюстом иностранным агентом) публиковала похожую инструкцию с советами для тех, кто стал жертвой домашнего насилия. Однако никакие прямые трансляции, обсуждения в комментариях или сообщения от подписчиков не повлияли на подготовку этого материала. Зато отдельно вышли две публикации под хештегом #НеМояВина: в них издание собрало рассказы пострадавших от домашних побоев. Продолжение появилось потому, что после выхода первой части в соцсетях под тем же хэштегом стали появляться новые истории; многие читатели писали Meduza на редакционную почту.

Идею для второго материала о сексуальном насилии Mutante взял из самого исследования. Мальдонадо рассказал о педагогической методике, которую используют в Генеральной прокуратуре: для этого нужна особая «колода карт». Она помогает информировать судей о сексуальном насилии и предотвращать несправедливые приговоры. По словам журналиста, эта колода и стала темой цикла о гендерных стереотипах.

«Мы обратились к тому приему и решили создать собственную цифровую «колоду», чтобы люди обсуждали гендерные стереотипы в кругу семьи (и прежде всего с мужчинами). Чтобы они понимали, как становятся жертвами и почему пострадавших нередко превращают в виновных».

По упрощенной схеме Mutante строятся Instagram-посты «Таких дел»: медиа задает читателям вопросы и предлагает поделиться своим опытом в комментариях: рассказать о том, как справляться с расстройствами пищевого поведения, бороться с эмоциональным выгоранием, жить с депрессией. Спустя какое-то время издание публикует подборку избранных историй или советов, которые могут помочь другим читателям — то есть, опять же, работает принцип круговой поруки. Отдельные темы сопровождают экспертные материалы: так, в рамках условного цикла об эмоциональном выгорании «Такие дела» совместно с сервисом психологической помощи YouTalk составили руководство «Что такое эмоциональное выгорание и как с ним бороться?»

 

КРУГОВАЯ ПОРУКА

Интереснее всего в методологии Mutante то, что процесс обратной связи является ее ядром: благодаря диалогу с аудиторией рождаются новые медиапродукты.

В качестве примера Мальдонадо привел обсуждение протестов в Колумбии. По его словам, страна в тот период раскололась на два лагеря.

«Большинство было возмущено тем, что полиция убивает протестующих. Тогда как меньшинство, которое все-таки существовало, обвиняло протестующих в разрушении города и вандализме.

Обе стороны вели ожесточенные споры. И когда мы заметили это, то решили спросить у своих читателей, не случалось ли им быть участниками подобных споров с членами семьи или друзьями».

Mutante получил более 120 ответов: многие читатели не только рассказали о своих проблемах, но и поделились тем, как им удается прийти к согласию. На основе этих советов издание сделало руководство по ведению «сложных бесед».

«Это пособие появилось благодаря аудитории и для аудитории. Мы лишь опубликовали его, стали мостиком. В этом и заключается суть».

Российские медиа в таких случаях чаще делают материалы в сотрудничестве с экспертами: мнение профессионала и для журналистов, и для читателей остается более авторитетным и полезным. Например, «Такие дела» тоже подготовили чек-лист о том, ка беседовать на острые темы, но опирались при этом не на комментарии подписчиков, а на советы профессионального психолога.

Помимо общения в социальных сетях, Mutante занимается учетом комментариев: результаты анализа используются при составлении общего отчета, который публикуется по завершении каждого цикла. Также издание организует публичные встречи — сейчас, на момент пандемии, виртуальные — для личного общения на предложенные темы. В дискуссиях принимают участие читатели и редакционная коллегия.

Но что делать, когда диалог с аудиторией не вяжется и все сводится к токсичным комментариям? Мальдонадо говорит, что в таких случаях лучше всего просто игнорировать агрессивные выпады пользователей, исходя из логики «не кормите троллей».

«На личном опыте мы узнали, что всегда найдутся те, кто хочет выкрикивать мелкую правду или мелкую ложь, и с этим ничего не поделать [...] Мы делаем упор на тех, кто хочет сотрудничать и помогать».

В случаях, когда Mutante замечает предвзятый или некомпетентный комментарий, он старается вовлечь его автора в дискуссию и задает вопросы, которые заставили бы его задуматься: почему у него сформировались такие взгляды?

 

«ЖУРНАЛИСТИКА — ЭТО АКТИВИЗМ»

То, чем занимается Mutante, можно охарактеризовать по-разному: как партисипативную, или гражданскую журналистику, журналистику решений, служебную журналистику, конструктивную журналистику. В качестве еще одного варианта Мальдонадо предлагает рабочий активизм.

«Я считаю, что журналистика — это активизм. Она стремится контролировать власть и стремится наделить этой властью общество. Она стремится выявить социальные проблемы и сделать это так, чтобы проблемы можно было решить. И в этом смысле мы очень близки к традиционной журналистике, которая с самого момента появления стремилась обучать людей и выполнять педагогическую функцию. Так же и Mutante очень педагогический проект».

По мнению Мальдонадо, миссия современной журналистики — заставить общественность действовать. Все существующие проблемы, будь то социальное неравенство или глобальное потепление, требуют быстрых решений и активного участия граждан. Поэтому журналистика уже не может только рассказывать о том, что где-то что-то не так — она должна предоставлять инструменты для того, чтобы это исправить.

 
Иллюстрация: shutterstock.com
Сообщить об ошибке
Июл 19, 2021

Журналисты настоящего против фейков будущего
Как отреагировало медиасообщество на присуждение Нобелевской премии главному редактору «Новой газеты» Дмитрию Муратову и филипп
С этим вопросом ЖУРНАЛИСТ обратился к редакторам и сотрудникам федеральных и региональных С

Вам будет интересно: