Будущее инфографики

Руководитель студии инфографики ТАСС Алексей Новичков проливает свет на просходящее в дизайнерском цехе

Мир дизайнеров, которые занимаются инфографикой, — это отдельная планета во Вселенной. Разговор ЖУРНАЛИСТА с руководителем студии инфографики ТАСС Алексеем Новичковым проливает свет на то, какие люди населяют эту планету.

 

— Какие новые идеи вы хотели бы опробовать в ТАСС в этом году?

— Это военная тайна. У нас есть задачи, и мы их решаем. Одна из этих задач — это увеличение количества пользователей и просмотров. Ничего пробовать мы не будем, потому что действуем проверенными схемами, а студия инфографики ТАСС — это не площадка для экспериментов. Главное — в этом году сделать не хуже, чем в прошлом.

 

— Есть ли у вас предмет особой гордости?

— Начну с того, что у нас есть явный провал. Это проект «Развитие Северного морского пути». Он был очень быстро сделан, но контент не соответствует выбранному инструменту. Заинтриговать людей этой темой достаточно непросто, а времени было потрачено больше, чем изначально планировалось. Можно сказать, что так мы больше делать не будем.

Если говорить про сюрпризы, то это невероятно большой интерес аудитории к проекту «Давно и неправда: мифы о Ледовом побоище». Еще один любимый проект на историческую тему — это «Когда пришел Наполеон», который получил премию Information is beautiful Awards 2017. Идею о том, чтобы сделать российскую реконструкцию карты Минарда, я вынашивал еще со времен работы в РИА Новости, когда мы делали первый инфографический проект про войну 1812 года.

Еще два проекта, которые мне близки, — это «Спутник один» и «Останкинская башня: полвека величия». Эффективность работы мы оцениваем по двум показателям — это просмотры и вовлеченность. Обычно люди хорошо смотрят военную технику и исторические проекты.

 

— Какие инфографические и дизайнерские работы мировых СМИ вас вдохновили в недавнее время?

— В последнее время меня удивляют больше дизайнеры-фрилансеры. Federica Fragapane сделала отличный проект The Stories Behind a Line. Это интерактивная история про путь мигрантов, где описываются все те трудности, с которыми они сталкиваются. При этом проект сделан, по-моему, всего двумя людьми, и это впечатляет.

Комикс про войну в Ираке от The Nib «The Good War»

Что касается мировых СМИ, то, признаюсь честно, я не ищу примеры для вдохновения. Мы в ТАСС взяли такой вектор развития, что нам трудно ориентироваться на коллег по цеху. Когда мы делали «Спутник один», мы вдохновлялись советской инфографикой восьмидесятых годов. Один из последних проектов, которые понравились, — это комикс про войну в Ираке от The Nib «The Good War». Содержание я так и не понял, но нас очень поразил формат этого длинного листающегося комикса, когда читатель не кликает, а просто крутит колесо прокрутки. Мне кажется, жанр комикса будет становиться все популярнее и популярнее. Мы увидим новый всплеск популярности комиксов в социальных сетях, и это уже происходит. Пока что они все англоязычные.

Еще мне понравился проект National Geographic о береговой линии — что уйдет под воду, если растают все ледники на земле (What the World Would Look Like if All the Ice Melted). Очень интересна также последняя визуализация NASA температурных аномалий. В Америке люди кричат, как они там замерзают, а оказалось, что на самом деле аномалии погоды говорят о повышении средней температуры.

 

Washington Post. Проект «Six maps that show the anatomy of America's vast infrastructure»

— О чем говорят работы победителей престижных конкурсов инфографики, за что давали призы в 2017 году?

— Премия Malofiej — это в какой-то степени рулетка. И судить о трендах по победителям трудно. Например, еще несколько лет назад были модными мобильные устройства, потом анимация. Хочется сказать, что сейчас в тренде VR, но его пока очень мало в инфографике. И не скоро он будет популярен, потому что эта технология все еще дорогостоящая и сложная. Можно сказать, что по-прежнему рулит нарратив.

Если анализировать победителей Information is beautiful, то было много хороших интерактивных визуализаций. Радует, что на такой конкурс стали подаваться такие ребята, как Washington Post, в том числе с лонгридами. Их проект «Six maps that show the anatomy of America's vast infrastructure» с картами очень впечатляет.

Что касается жюри на престижных конкурсах, то мы понимаем, что у них профессиональная деформация, и грех на этом не сыграть. Мы ведь живем в эпоху, когда уже все нарисовано и нельзя заново изобрести bar chart или линейные графики. Но если ты делаешь линейную графику и оформляешь ее так же, как Уильям Плейфер, то ты играешь в постмодернизм, ты предлагаешь визуальную цитату.

 

— В своем Telegram‑канале вы опубликовали ссылку на тренды 2018 года в дизайне от Mindsparkle Mag. С какими из них вы согласны?

— Я не успел прочитать подборку до конца, но могу сказать, что да, у нас очень много 3D-графики, это конвейерное производство в ТАСС.

Что касается дополненной и виртуальной реальности, то я больше верю в виртуальную. Мне уже сейчас слишком много даже одного телефона. Я не успеваю прочитывать все уведомления, но ставлю галочку, что прочитал. Получается такой обманчивый эффект потребленного контента, который ты на самом деле не успел осмыслить. Думаю, что с дополненной реальностью будет такая же история: люди вначале будут в нее играть. А виртуальная реальность интересна тем, что она вырывает человека из этой реальности и дает на сегодняшний момент максимально чувственного опыта. Он ценен тем, что когда человек потребляет любой контент, часть энергии он тратит на реконструкцию того, что потребляет, а часть — на запоминание. Если высвободить энергию, которая уходит на реконструкцию, то запоминание будет происходить легче из-за создания мнемонических связей. К тому же если мы будем изучать что-то более естественным путем проб и ошибок, то станет больше информированных и заинтересованных определенной темой людей. Например, подросткам будет легче выбрать профессию. С другой стороны, людей с расстроенной психикой тоже будет больше.


Проект на историческую тему «Когда пришел Наполеон» получил премию Information is beautiful Awards 2017

«Останкинская башня: полвека величия»

— Что вы скажете о тренде оцифровки рисунков от руки (digitalized handmade art)?

— Я против автоматической оцифровки. Мы в ТАСС всё рисуем руками. Зачем автоматически распознавать изображение, если можно сфотографировать? А если говорить про тренды в дизайне, то это нейронные сети. Например, они могут улучшить рекомендательные сервисы по выбору визуализации, они могут начать помогать в чистке данных. Вопрос в том, когда это станет настолько качественно, что мы начнем им доверять. Пока что сети выполняют формальные задачи, но не занимаются творчеством. Это такая же игрушка, как голосовой помощник «Алиса». Она точно не поможет человеку в экстремальной ситуации. В этом смысле профессия будущего — это обучение нейронных сетей и проверка искусственного интеллекта естественным.

Распознавание рисунков и превращение их в вектор — это как раз из области работы искусственного интеллекта. Мы ценим векторный рисунок, созданный на основе ручного рисунка, именно за то, что это ювелирная работа, сделанная человеком. Как правило, никто не полюбит картинку, которая сделана механически. Пока что я не видел ни одной иллюстрации, чтобы я не понял, что это нарисовано искусственным интеллектом.


Federica Fragapane сделала отличную интерактивную историию про путь мигрантов и их трудности на нем — The Stories Behind a Line. Впечаляет и то, что проект реализовали всего 2 человек

— Какие навыки специалистов на рынке дизайна и инфографики будут особенно востребованы в этом году?

— Простой ответ заключается в том, что в первую очередь надо уметь много думать головой, то есть быть изобретательным, остроумным, искрометным. Это развивается путем тренировок, а также в результате проверки своих работ на окружающих людях. Иначе есть вероятность стать непризнанным гением, если ты не в состоянии соответствовать ожиданиям людей. Помимо этого, необходимо владеть инструментами — это в первую очередь PowerPoint и Excel, Figma, Tableau, Affinity Designer, конечно же, линейка продуктов Adobe, которую я всегда вспоминаю в последнюю очередь. Этого набора — голова плюс несколько базовых инструментов по прототипированию и визуализации — вполне хватит.

Если говорить сложно, то к этому всему надо добавить навык постоянно учиться работать на новых инструментах. Совсем скоро должен выйти Invision Studio, это инструмент по прототипированию инструментов, в этом году также выходит проект Affinity Publisher. На месте многих дизайнеров я бы присмотрелся к продуктам Affinity в целом. Можно называть бесконечно: Sketch, Zeplin, Invision, Readymag, Tilde, Html, Java Script, Python, R, Gephi. Помимо этого нужны навыки, например, продавать проекты, мастерство презентации, мастерство сторителлинга, сценарное мастерство. Вообще нужно быть интересным человеком, не ленивым и не трудоголиком, не психом, в конце концов.

Дело в том, что инфографика не имеет аналогов в индустрии дизайна, потому что она подразумевает владение безумным количеством компетенций. Один человек выучить все это не может: либо ты мультиинструменталист, но все делаешь на среднем уровне, либо ты подключаешься к инфографическому проекту как узкий специалист. Например, в одном проекте мы можем делать видео, 3D, текст, рисованную иллюстрацию и ретуширование одновременно.

Нужно любить инфографику, наконец. Как правило, люди не любят графики. Вы знаете, что «Одноклассники» заработали на котиках с ленточками десятки миллиардов долларов? На инфографике еще никто столько не заработал, потому что это скучно и заумно. Амбициозная задача заключается в том, чтобы заработать на графиках столько же, сколько на котиках. И мы попытаемся это сделать. 

Фото: shutterstock.com; tass.ru; storiesbehindaline.com; thenib.com/the-good-war
Сообщить об ошибке
Мар 4, 2018
Определяем, какие истории заслуживают публикации
Как телевизионщику с 20-летним стажем пережить Зиму
Дискуссия о грамотном применении современных аналитических инструментов