От Анатолия Аграновского до Юрия Дудя: восхождение на Олимп

Журналистика так устроена, что авторитеты и кумиры появляются и исчезают там так стремительно, как звезды на небе

В далекие 60-е годы прошлого века журналистом № 1 был Анатолий Аграновский. Это ему принадлежит знаменитая фраза: «Хорошо пишет не тот, кто хорошо пишет, а тот, кто хорошо думает». Аграновский работал в «Известиях», писал очерки. Готовя очередной материал, он обговаривал его содержание с друзьями, всегда радовался полемике, которая возникала после прочтения текста. Писал медленно, время уходило на оттачивание основной мысли, системы доказательств, на проверку и перепроверку фактов и выводов. Живя в СССР, Аграновский не был диссидентом, но есть ощущение, что своими публикациями он подготовил время перемен. Рассказывая о памятнике Есенину в Москве, стоящем по пояс во ржи, он написал: «Рожь скосили, и разбита вокруг Есенина обычная цветочная клумба… Колосья в большом городе были нарушением привычного. Так и тянуло убрать их вовремя и без потерь. Очень трудно жить в «порядке исключения». Чуть зазеваешься — скосят».

В конце 90-х телевидение открыло Леонида Парфенова. Он хорошо смотрелся в кадре, был харизматичным и запоминающимся, ему подражали и на него хотели быть похожим. Но уже в мае 2004 года телевидение закончилось для него. Парфенов взял интервью для своей программы у вдовы чеченского сепаратиста Зелимхана Яндарбиева, которое ему запретили транслировать. Парфенов долго сопротивлялся, а потом опубликовал текст интервью в газете «Коммерсантъ». В руководстве сочли это нарушением корпоративной этики, и 31 мая 2004 года программа «Намедни» была закрыта, а самого Парфенова уволили с НТВ.

В начале 2000 годов кумиром начинающих журналистов стал Дмитрий Соколов-Митрич — журналист «Известий», позднее заместитель главного редактора журнала «Русский репортер», которого многие называли «вторым Аграновским». Его материалы «Спасти сироту Сережу», «Судьба энтузиасток», «Очень маленькая вера», «Саратов должен быть разрушен» вызывали у читателей большой эмоциональный отклик и заставляли  размышлять. Рейтинг популярности Соколова-Митрича тогда побил все рекорды, а «Русский репортер» стал изданием, куда стремились попасть многие. В одном из интервью ЖУРНАЛИСТУ Дмитрий рассказал историю о буднях журналистов того времени.

 «…Однажды звонок в редакцию «Здрасьте. Мы с друзьями только что вернулись из Сомали. Может быть, вам что-нибудь написать». Спрашиваю: «А вы это кто?». «Мы — пятикурсники ВГИКА». Выясняю, ребята хотели снять какой-то документальный фильм, скинулись по тысяче долларов, списались с каким-то сомалийским украинским врачом, хирургом, который в Сомали работал и абсолютно на дурака туда поехали. Но, правда, они догадывались, что страна не самая безопасная, поэтому задали вопрос этому хирургу, как бы так сделать, чтобы их не сразу убили. И он договорился с теми, кто его охраняет, что за какую-то плату и их будут охранять. Но все равно на месте, как рассказали ребята, все было с жуткими нервами. И дня через три они уже не были уверены, что вернуться оттуда. Но, тем не менее, вернулись. И чтобы хоть как-то «отбыть» эти две тысячи долларов, они решили написать что-нибудь.

Я подумал, что не часто, кто-то бывает в Сомали, и предложил им попробовать написать. И тут возник вопрос, как писать? Просто про Сомали или написать про этого доктора.  Писать просто, если человек никогда не писал, достаточно сложно, а про героя всегда писать легче, поэтому предложил им написать про доктора. В итоге получился хороший текст, правда, он был в два раза больше, чем нужно.

Я лишний раз убедился, что хороший репортер выходит не из тех, кто умеет писать, а из тех, кто умеет мыслить образами. Видимо, кинематографическое образование помогло Андрею Молодых. Я увидел, что он умеет выстраивать действие, выстраивать тезисы на уровне картинки. Репортаж вышел, он назывался «Сомали. Диагноз», он произвел большое впечатление. Потом Андрея послали про российских летчиков писать, которые работают в Африке. Потом еще куда-то, еще куда-то. Каждый раз он писал неплохие тексты, и в итоге его взяли в штат. Человек просто с улицы пришел».

Сегодняшняя российская журналистика, куда устремляются потоки молодых, жаждущих своего олимпа, связана с именем журналиста и блогера Юрия Дудя. Это медийная звезда нового поколения. У него все по-другому: татуировки, он ругается в эфире матом, не избегает скользких тем.

А еще он троллит звезд с федеральных российских каналов и обращается с просьбой к гламурной публике: «Когда будут вкидывать новую пачку макулатуры в избирательную урну, я очень прошу вас говорить об этом, а не молчать. Мне кажется, что молчание уже перестало быть спасительным оберегом… Я понимаю, что многие скажут: «Слушай, Юрец, мы все понимаем, всех жалко, всем тяжело, со всеми согласны, но очень не хочется лишиться ремесла, очень не хочется лишиться самореализации». Журналист Митя Алешковский назвал фильм Дудя «лекарством для наших душ»:

Юрий Дудь (которому, без шуток, поставят памятник в прекрасной России будущего) снял очередной фильм, взрывающий общественное мнение и, что куда важнее, в корне меняющий общественный взгляд на серьезнейшую историческую травму — захват заложников в школе № 1 Беслана. Его фильмы - фундамент справедливой, честной и прекрасной России, в которой у государства главными приоритетами будут человек, его жизнь и достоинство.

На фоне разгорающегося спора о фильме про Беслан, которые ведут федеральные каналы и журналисты либеральных СМИ (кстати, и те, и другие, рассуждая о фильме, говорят о его воздействии на молодое поколение) Дмитрий Соколов-Митрич назвал работу Юрия Дудя про Беслан «попсой». По его мнению, в фильме необъективно рассмотрен вопрос о начале штурма школы бойцами спецназа ФСБ и приведены ложные версии событий:

В тот же день я три с лишним часа общался с освобожденными заложниками во дворе районной больницы Беслана, и все говорили одно и то же: взрывчатку террористы минировали кое-как, привлекали к этому даже детей под дулом автомата, провода были соединены на соплях, и все эти дни заложники боялись, что ***** [взорвется] в любой момент.

Соколов-Митрич написал о том, что Дудю стоило выбрать других собеседников, чтобы «услышать серьезную информацию про Беслан»:

В этот раз ты поступил недостойно, ты поступил, как пижон. Ты пошел на поводу у своей референтной группы, испугался репутационных рисков и снял попсу.

Не думаю, что кому-то сегодня особенно интересно мнение Дмитрия Соколова-Митрича о фильме Юрия Дудя, так как имя Митрича уже не на слуху у широкой аудитории. А жаль! Но ничего не поделаешь, так как в журналистике персональное забвение происходит также стремительно, как и восхождение на вершины популярности. Но, несмотря на это, в кладовых профессии все же остаются примеры, которые демонстрируют уважение журналиста к факту и служение ему.

«Успех в каждом конкретном случае зависит либо от суммы наших знаний — когда мы имеем дело с фактом как источником возникновения замысла, либо от нашей вооруженности фактами — когда замысел и тема рождаются «внутри нас», — Валерий Аграновский.

Иллюстрация: shutterstock.com
Сообщить об ошибке
Сен 19, 2019
Эксперты дали молодым читателям Mediajobs.ru советы по составлению резюме, портфолио и сопроводительного письма
Больше проектов, хороших и разных, — таков девиз «Тихорецких вестей».
Ева Меркачева, обозреватель «МК», автор материалов тюремной тематики и расследований громких уголовных преступлений, — о том, п

Вам будет интересно: