Иван Голунов получил премию «Камертон» в Международный день солидарности журналистов

Журналистская солидарность: истории и мнения

Иван Голунов, специальный корреспондент «Медузы», стал лауреатом премии «Камертон» в Международный день солидарности журналистов, который был установлен в 1958 году 8 сентября.

Дата его проведения выбрана была не случайно. Именно в сентябре 1943 года в Берлине был казнен чехословацкий журналист Юлиус Фучик, автор книги «Репортаж с петлей на шее».

Уже много лет журналисты всего мира проводят в этот день профессиональные съезды и конференции, на которых обсуждают важные дела отрасли, делятся опытом работы, награждают наиболее заслуженных. Деятельность сегодняшних журналистов также сопряжена с опасностью. Многих из них, как и Фучика, награждают посмертно.

В Международных принципах профессиональной этики журналиста сказано: «Первейшая задача журналиста — гарантировать людям получение правдивой и достоверной информации посредством честного отражения объективной реальности». Такое представление о профессиональном долге журналиста отражает интернациональную природу журналистики, призванную обеспечивать общество достоверной информацией о мире и происходящих в нем изменениях во имя утверждения ценностей гуманизма. В этом профессия журналиста сродни профессии врача. Общеизвестно, что врачи всего мира не должны делать различий в национальной и религиозной принадлежности людей, они должны оказывать помощь жертвам природных катастроф, эпидемий, войн, чрезвычайных ситуаций.

Солидарность, как и любое другое чувство, нельзя испытывать только по определенным датам, даже самым памятным. Солидарность должна проявляться на уровне каждодневной практики и личностного и профессионального общения.

В этом смысле показательны примеры из американской журналистики. Первый из них связан с публикацией «документов Пентагона» — исследования вовлечения США в войну во Вьетнаме («Вьетнамский архив») в газете New York Times в 1971 году. Тогда генеральная прокуратура обратилась в окружной суд Нью-Йорка с просьбой приостановить публикации до проведения судебного решения. Редакция исполнила решение суда, но передала верстку следующей статьи в газету Washington Post, которая сразу же ее и опубликовала. Ситуация повторилась, следующие материалы были опубликованы в газете Boston Globe, а затем и в других газетах страны.

Второй пример — о том, как журналисты объединились, чтобы провести расследование. В одном из штатов Америки после убийства журналиста его коллеги из 25 американских изданий приехали в город, где произошло убийство, и в течение нескольких месяцев работали, совместно расследуя те дела, которые не успел завершить покойный. По мнению международного журналиста-расследователя Романа Анина, их работа оказалась успешной, став отправной точкой в журналистских расследованиях:

Смысл этой истории в том, что убивать журналистов бессмысленно: если вы убьете одного журналиста, то его коллеги продолжат его работу и напишут в десять раз больше историй, чем он, если бы был жив. Посыл, конечно, прекрасный, но на практике не работает, потому что журналистов как убивали, так и убивают. Но сотрудничество зародилось.

Эти случаи вошли во все учебники по журналистике как примеры проявления профессиональной солидарности журналистов.

В российских СМИ журналисты тоже поддерживают друг друга. Особенно ярко проявляется профессиональная солидарность во время военных конфликтов. Об этом в интервью ЖУРНАЛИСТУ рассказал корреспондент «Новой газеты» Павел Каныгин. Оказавшись в плену на Донбассе, он ощутил помощь и поддержку многих журналистов, среди которых был и Максим Шевченко:

Максиму я очень благодарен и считаю его одним из своих спасителей. Его участие в моей судьбе является примером того, что профессиональная солидарность возможна между журналистами даже тогда, когда они стоят на разных позициях.

Чаще всего о журналистской солидарности говорят, когда с кем-то из журналистов что-то случается. Так произошло, когда уволили журналистов «Коммерсанта» и задержали по ложному обвинению Ивана Голунова. Эти истории вызвали разные чувства и ощущения в профессиональном сообществе журналистов: от радости за возрождение цеховой солидарности в России «все поднялись и отстояли» до констатации попрания профессионально-этических норм.

 

Заместитель директора ГТРК «Южный Урал», начальник службы информационных программ Елена Патан:

Ситуация вокруг Ивана Голунова могла бы стать идеальным примером цеховой солидарности, который разбирали бы на журфаках. Единый порыв тысяч людей, готовность к активным действиям, а не просто лайк или репост. Но cам масштаб этой поддержки, а главное, быстрый хэппи-энд столь же мощно сыграли против нее, создав у циников от СМИ впечатление срежиссированности действа.

Пример настоящей профессиональной солидарности, когда своих защищают, что бы ни произошло —­ это медицинское сообщество. Журналисты ­— не врачи. В интернете, на публичных площадках представители СМИ, к сожалению, устраивают словесные битвы друг с другом. Политические взгляды, работа в редакциях с четкой позицией учредителя часто становятся поводом для предания коллег анафеме.

Противоречия в профессии усугубились с появлением социальных сетей. В фейсбуке, например, лояльности и доброжелательности не всегда хватает. Раньше про театр говорили «террариум единомышленников», а СМИ иногда уже просто террариум, без единомыслия.

Думаю, что новые медиа размывают границы профессии. Не каждому журналисту хочется идентифицировать себя с журналистским сообществом. Наверное, потому что не так почетно стало быть представителем «четвертой власти».

Парадокс: дело Ивана Голунова, при всем огромном резонансе, когда общественное мнение, казалось бы, продемонстрировало свою силу и способность влиять на судьбы, выявило не очень хорошую вещь. Сами журналисты не верят в солидарность внутри своего цеха. Я видела комментарии в соцсетях, телеграм-каналах, где мощный и хорошо самоорганизованный протест против задержания Голунова, все эти моментально появившиеся плакаты и футболки «Я/Мы Иван Голунов» объяснялись совершенно иными пиар-мотивами, конспирологическими версиями. Многим коллегам почему-то трудно оказалось поверить, что солидарность может быть такой сильной, искренней. Чистой радости от победы не получилось. Мы сами себе ее испортили.

 

Корреспондент интернет‑издания «Православие и мир» Наталья Костарнова:

В обычной жизни журналисты редко чувствуют корпоративную солидарность. Всегда есть поддержка редакции и друзей-журналистов, а в целом в профессиональной среде скорее ощущаешь конкуренцию, что понятно и нормально — все хотят сделать быстрее, лучше, больше. Мне кажется, что сообщество журналистов способно объединяться только в критических ситуациях, что само по себе не мало, конечно. Но настоящая журналистская солидарность — это когда мы, журналисты, уважаем друг друга, понимаем проблемы, с которыми приходится сталкиваться на практике. Это презумпция доверия коллегам. Удивительным примером журналистской солидарности стала история вокруг ареста Ивана Голунова. Мы тогда поняли, каким сильным может быть сообщество, если объединится. Журналистика в те дни на самом деле была четвертой ветвью власти, и это очень вдохновляет.

 

Редактор соцсетей телеканала «Дождь» Елизавета Тюрина:

Я лично связываю всплеск солидарности журналистов с силой СМИ, которые донесли информацию до людей. В последнее время наблюдается рост консолидации журналистов. Это и добровольное увольнение журналистов отдела политики «Коммерсанта» в знак поддержки коллег, и солидарность Ивану Голунову — все это говорит о возрождении традиций качественной журналистики. У меня лично есть ощущение, что на наших глазах происходит что-то очень важное и историческое.

Фоторепортаж: Валерий Василевский («Новая газета»)
Сообщить об ошибке
Сен 9, 2019
Интересная тенденция выявилась: якобы, растет спрос на качественную, не ангажированную журналистику
ЖУРНАЛИСТ выбрал самое важное из выступлений спикеров и самого исследования
Он один из самых главных, из лучших редакторов XX века 

Вам будет интересно: