Как журналистка из Кузбасса делает независимое СМИ

«Если я  все брошу, вдруг в  Киселевске еще  хуже станет?»

Недавно ЖУРНАЛИСТ совместно с Советом Европы, МИД, Министерством труда и социального развития и аппаратом уполномоченного по правам человека РФ подвел итоги национального конкурса СМИ «Женщина в современном мире». В номинации публикаций о женском лидерстве победила тематическая кампания «Псковской правды». Журналисты — члены жюри в то же время отметили и другие материалы. Среди них — текст о нашей коллеге, опубликованный в онлайн-издании «7х7».

 

Основатель и главный редактор сайта «Новости Киселевска» Наталья Зубкова — одна из немногих независимых журналистов в небольшом городе Кузбасса. Благодаря ей мировой резонанс получила история жителей поселка Подземгаз, которые попросили убежища у премьер-министра Канады Джастина Трюдо из-за тяжелой экологической ситуации. Коллеги называют Зубкову «человек-сайт», а чиновники пишут на нее жалобы в правоохранительные органы.

К Наталье Зубковой жители Киселевска обращаются, когда больше надеяться не на что и не на кого. Главред «Новостей Киселевска» родилась в другом регионе, но у нее местные корни. Она часто гостила здесь у родственников, а в 2002 году перебралась насовсем. Изначально Зубкова работала в далеких от журналистики сферах, потом, неожиданно для себя, стала корреспондентом киселевской газеты. С 2017 года она сама себе СМИ, а ее сайт «Новости Киселевска» — единственное независимое издание города.

 

«ПОЛИЦИЯ ПРИЕХАЛА С ПЕЧЕНЬКАМИ»

— Корреспонденты других СМИ, которые пользуются вашими материалами, далеко не всегда на вас ссылаются. Вы известны гораздо больше как жительница Киселевска, которая в курсе и может прокомментировать ситуацию, а не как профессиональный журналист. Не обидно?

— У меня нет оператора, и, когда снимаю видео, в любом случае остаюсь по другую сторону камеры. Да, я журналист, но я и житель этого города, которому не все равно, что происходит в Киселевске. Хочу, чтобы о наших проблемах говорили как можно громче, поэтому готова поделиться информацией с коллегами. Многие журналисты являются и правозащитниками, и общественными деятелями, и политиками — одно другому не мешает.

 

— Сегодня «Новости Киселевска» — это только вы одна?

— Я одна везде и всюду. Поэтому есть проблема с оперативностью, с наполнением. Если возникают острые проблемы, стараюсь о них написать. Может быть, позже, чем другие, но написать как есть.

 

— Сайт вас кормит?

— Кормит муж. У меня сейчас с рекламы на сайте 23 рубля в день… Бывают же экстремалы: кто-то на горных лыжах катается, кто-то увлекается охотой. А у меня вот такое хобби — про Киселевск писать.

 

— Независимая журналистика в Кузбассе — это экстремальное хобби?

— Да, а в последние три месяца — суперэкстремальное. Ты снимаешь на видео губернатора, он начинает кричать, что не разрешает… В безопасности я себя не чувствую.

 

— Вы единственный независимый журналист Киселевска?

— Нет. Есть еще Катя Середкина, которая ведет YouTube-канал «Открывашка»; есть Владимир Васильев.

 

— Какую роль лично вы сыграли в записи видеоролика-обращения жителей Парниковки и Подземгаза, после которого они стали известны как «киселевские канадцы»?

— Присутствовала на всех их акциях как журналист. Снимала, публиковала. Разместила видеообращение на YouTube, после этого ролик начал распространяться на YouTube и в соцсетях. Они попросили, потому что точно знали, что я это сделаю, не испугаюсь. «Канадцы» попросили приехать утром, но шел сильный дождь. Потом дождь прекратился, но поднялся ветер. Не удалось записать видео с хорошим звуком — записывали на обычный телефон.

 

— Чья идея обратиться к премьер-министру Канады?

— Разговоры о том, что нужно обратиться к главе другого государства, начались еще в феврале, когда запустили обогатительную фабрику «Краснокаменскую» и все Афонино, еще один район Киселевска, заволокло чернотой. В соцсетях обсуждалась идея обратиться к Дональду Трампу. Но жители Парниковки и Подземгаза решили, что это будет неполиткорректно, и придумали попроситься в Канаду и еще обратиться в ООН.

 

— А кто придумал «канадское» чаепитие, состоявшееся в июле?

— Районы города разрознены, а проблемы у всех общие: наглые действия угольщиков и бездействие мэра. Активисты Подземгаза и Парниковки хотели встретиться с жителями других районов на улице. Я им говорю: «Если вы разместите объявление, чтобы все приходили, вас обвинят в несанкционированном митинге». — «И что делать?» — «Собирайтесь на частной территории». Они так и сделали. Написали, что организуют чаепитие под открытым небом на приусадебном участке одного из жителей. От полиции все равно поступило предупреждение, что это будет расценено как несанкционированный митинг. Они и полицию пригласили. Сначала полицейские жались по углам, думали, что к ним отнесутся агрессивно. Но их усадили за стол: «Коли пришли, будем вас спрашивать». Нормально поговорили. Нас потом многие обвиняли, что мы с полицейскими общались: «Это не тот путь. Вы посмотрите, как в Москве полиция с митингующими расправляется». Я отвечала: «Вы не правы. Я смотрю на это с другой стороны. Эти полицейские тоже живут в нашем городе, и они пришли не с дубинками, не искали предлога кого-то за что-то наказать».

 

«БУДЕМ ДОБИВАТЬСЯ ПЕРЕСЕЛЕНИЯ ТОЛЬКО ДЛЯ СВОИХ СЕМЕЙ»

— Что сейчас у «киселевских канадцев»?

— Там пробурили скважины, установили трубы и заливают воду в «очаг нагрева». У людей уже в уличных туалетах вода поднялась. Недавно, в начале августа, приезжали сотрудники прокопьевской военизированной горноспасательной части, делали замеры в домах. Жители ходили за этими сотрудниками следом, потому что очень велико недоверие. И они фотографировали датчики после замеров. Датчики показывали наличие метана, превышение монооксида углерода в двести раз.

Я ОДНА ВЕЗДЕ И ВСЮДУ. ПОЭТОМУ ЕСТЬ ПРОБЛЕМА С ОПЕРАТИВНОСТЬЮ, С НАПОЛНЕНИЕМ. ЕСЛИ ВОЗНИКАЮТ ОСТРЫЕ ПРОБЛЕМЫ, СТАРАЮСЬ О НИХ НАПИСАТЬ. МОЖЕТ БЫТЬ, ПОЗЖЕ, ЧЕМ ДРУГИЕ, НО НАПИСАТЬ КАК ЕСТЬ

Я разместила пост с этими фотографиями в «Одноклассниках», интервью с девчонками в YouTube. На следующий день приезжают другие сотрудники ВГСЧ и под камеры телекомпании «Киселевск-СТС» делают те же замеры: везде по нулям! Самое удивительное, что по нулям даже кислород. Я не специалист, но все же удивительно: кислорода нет в воздухе? Дозвонилась до и. о. начальника отряда ВГСЧ. Он объясняет, что перед сотрудниками была поставлена задача и сотрудники эту задачу выполняют. В конце разговора мы поругались.

 

— Судя по последней пресс-конференции губернатора Сергея Цивилева, он отказывается признать, что в районе подземный пожар и что жителей нужно переселять. «Киселевские канадцы» проиграли?

— Если вначале они были все вместе, то теперь разделились на несколько групп. Как мне рассказали другие «канадцы», к их бывшим соратникам приходили представители администрации и холдинга СДС и записали номера их расчетных банковских счетов. После этого группа не просто отсеялась, но и начала проводить странные мероприятия. Рядом с Подземгазом проходит дорога, которой нет ни на одной карте. Она используется и как технологическая, и как дорога общего пользования. Так близко к домам «БелАЗы» ездить не должны: это нарушение всех санитарных норм. И отколовшаяся группа пошла собирать подписи за то, чтобы эту дорогу сохранить. Это было как раз накануне последней пресс-конференции губернатора Цивилева, где он высказаться в том духе, что о каком переселении может идти речь, если люди хотят там жить и даже просят им дорогу оставить. Другая группа просто от всего устала и разочаровалась. Но есть и третья, которая не собирается отступать.

 

— Сумма, требующаяся на переселение людей, — действительно копейки по сравнению с деньгами, которые поднимаются на угольных разрезах. Почему все-таки не раскошелятся?

— Представьте, что вы живете в своем доме и у вас около забора завелись муравьи. Вы будете ходить к муравьям и спрашивать, как они живут? Будете их подкармливать? Нет. А если на месте муравейника захотите, например, дерево посадить, которое будет вкусные плоды приносить, то вообще этих муравьев перетравите. Для властей и собственников люди — всего лишь муравьи… Сколько у нас в Кузбассе живет в таких жестких условиях? 200 тысяч человек. Переселишь одних — и другие потребуют. Губернатор Цивилев — человек с армейским прошлым. Но здесь не казарма. Здесь дети живут, которые задыхаются. У них онкология, астма, диабет. У меня младшему ребенку почку удалили в одиннадцать месяцев. От чего эта проблема? Экология!

 

«ЛЮДИ ПЛАКАЛИ, ЭТО БЫЛО УЖАСНО»

— В начале интервью вы вспомнили о нападках губернатора. Но, насколько понимаю, противостояние с властями началось раньше.

— Первым отличился мэр Киселевска Шкарабейников. В конце февраля встречалась в Горсаду с представителями разных районов города — по одному-два человека от каждого. Они рассказывали, что снег везде черный. Даже на Красном Камне, который считается самым чистым районом.

Черный снег в Прокопьевске, граничащем с Киселевском
Черный снег в Прокопьевске, граничащем с Киселевском

И две девушки из Афонина пригласили меня через несколько дней в свой район, чтобы показать, что у них происходит. Они без моего ведома и разрешения расклеили объявления, что я приеду. Собралось три сотни человек, все ждут журналиста. Я что, должна прятаться от них? Прежде чем включить видеокамеру, объяснила: «Прошу: без матов, без призывов к насильственным действиям, и не провоцируйте полицию. Они здесь стоят, и пусть стоят: работа такая. Вы разговариваете со мной». Отсняла там минут сорок материала. Люди рассказывали, как их детки в обмороки падают. Как не могут дойти до школы — задыхаются. Как куры передохли, потому что у них ноздри забиваются угольной пылью. Люди плакали, это было ужасно. На следующий день звонит пресс-секретарь мэра: «Тебя глава города срочно вызывает». — «Я ему не подчиняюсь. Приду, когда будет время». Через несколько дней пришла, он мне долго мозг промывал: «Вы собрали людей на несанкционированный митинг. Теперь вами займутся соответствующие органы».

 

— Какие органы?

— Не буду говорить какие. Вызвали туда. Говорю им: «Найдите закон, который регламентирует максимальное число людей, которые могут прийти на встречу с журналистом, и запрещает снимать на видео большое количество людей». Они таких законов не нашли. Сказали, что мои действия попадают под статью. «Какие?» — «Вы людей собирали». — «Где доказательства?» — «А кто объявление о встрече в Афонине на магазин вешал?» — «Я до этого последний раз была в Афонине почти год назад». Они сдались: «Ну да. Как-то не так». И с тех пор, куда бы ни пришла, Максим Александрович Шкарабейников пишет после этого на меня бумагу, обвиняет в экстремизме. Спрашиваю: «Зачем вы на меня заявления пишете?» — «Я ничего не писал». — «Ну меня же ознакомили с вашим заявлением, когда вызывали». Написала встречное заявление: попросила, чтобы Следственный комитет проверил, нет ли в заявлениях Шкарабейникова элементов ложного доноса. В тюрьму его сажать не хочу, но пусть с ним проведут профилактическую беседу и выдадут мне бумажку, что такая беседа состоялась. Если не угомонится, покажу эту бумажку и скажу, что по-хорошему уже пробовала.

 

— Следственный комитет отреагировал?

— Пока нет. У нас есть еще одна проблема. Делаю запросы в городскую администрацию. Либо не отвечают, либо несут такую ахинею… Пишут, что на муниципальную собственность якобы распространяется понятие «коммерческая тайна». В принципе, у нас сейчас норма, когда чиновники не знают законов. Несколько раз обращалась в прокуратуру. У меня четыре ответа из прокуратуры о том, что возбуждены административные производства по факту нарушения закона «О СМИ». Ни один из этих четырех эпизодов не закончился судом и штрафом.

 

— Сколько зарабатывают киселевчане?

— Мужчины, естественно, больше работают на разрезах. Зарплата водителей «БелАЗов» — до 60 тысяч. Но вот в чем проблема. На мировом рынке уголь из разных стран стоит одинаково. При этом водитель карьерного самосвала в США получает 3—3,5 тысячи долларов в месяц. Это 190—230 тысяч рублей. И в США модернизируют угольное производство, могут себе позволить системы пылеподавления. У них жесткие требования к рекультивации, восстановлению земель, а наши угольщики плачутся, что у них ни на что денег нет. Кроме того, у нас работодатели придумывают всевозможные штрафы и санкции, чтобы эту зарплату срезать. «Трудовая инспекция» — этого понятия в Киселевске не существует, хотя организация с таким названием есть. Существуют ограничения по здоровью: чуть появились проблемы со зрением, сердцем или позвоночником — и ты уже не можешь работать водителем. И на разрезах зарплата 60 тысяч не у всех. У тех же охранников — 18—20 тысяч. Большинство женщин трудятся в школах, дошкольных учреждениях и в магазинах. У продавщиц зарплата в зависимости от выручки — от 18 до 28 тысяч. Из всех городов Кузбасса здесь самая сложная обстановка. Киселевск — город-призрак. Почти все, кому финансовые возможности позволяли, уже уехали.

 

— Почему сами не уезжаете?

— Много причин. У меня здесь отец, который никуда не поедет. Огромную трехкомнатную квартиру смогла бы продать не дороже, чем за пятьсот тысяч. Мечтаю жить в деревне. Переехала бы в Бурлаки Прокопьевского района, но там дома стоят в четыре раза дороже, чем моя квартира, потому что воздух чистый. Третья причина — мой муж. Я, может быть, энергичная, а он — наоборот. Вместе с сыном копается на огороде. Но какой смысл? Рвешь смородину — и руки становятся черными от угольной пыли, которая на этой смородине осела. Хоть что делай — бесполезно, настолько они все непрошибаемые наверху. Но если я все брошу, вдруг в Киселевске еще хуже станет?

 

P.S. Пока интервью готовилось к публикации, просители убежища в Канаде из Киселевска обратились в Международный уголовный суд.

 
Иллюстрации: Кирилл Шейн, «7X7»; Виля Равилова, «7X7»
Сообщить об ошибке
Авг 19, 2020
Публикуем материалы Делового форума, который прошел в Москве 19-21 октября

В «АиФе» большой «урожай» на лонгриды с социальной составляющей
Подкаст подготовила Общественная коллегия по жалобам на прессу

Вам будет интересно: