Как сделать лонгрид и не умереть: опыт первокурсников журфака

Студенты делятся своим опытом создания мультимедийной истории

Когда в вашу голову закрадется мысль о создании проекта, то первое, что нужно сделать, — хорошо подумать. Мы, студенты первого курса факультета журналистики, этот шаг дружно пропустили.

Все началось в первых числах апреля. В нашем вузе ходят слухи, что самый старый корпус на Садовой-Спасской хотят забрать. На эту тему наш преподаватель по дисциплине «Основы Теории Коммуникаций» Распопова Светлана Сергеевна предложила нам написать лонгрид, чтобы обратить внимание на историю здания и нашего института.  Словом, напомнить, что корпус не просто так стоит на этом месте... На ее предложение мы дружно кивнули, но энтузиазм отсутствовал. Видимо, всем показалось, что это будет легко заработанный зачет.

Мы распределились на 3 группы, каждая из которой писала об одном из этапов жизни этого дома. Три недели наши сценарии не двигались с места, мы не могли найти информацию, и даже маленькую ниточку, за которую можно зацепиться. Мы абсолютно не понимали, что именно от нас требовалось, а ощущение было такое, будто нас кинули в открытый океан и даже не скинули с борта нарукавники.

Мы не могли договориться друг с другом об обязанностях или хотя бы просто встретиться и обговорить задачи. У всех было что-то важнее, чем наши обсуждения, что уж говорить про сам проект.

Все было не то, и все было не так. А времени оставалось все меньше и меньше.

Когда наступила четвертая неделя, Светлана Сергеевна попыталась нас «расшевелить» и отправила во время пары на улицу. Это было сделано для того, чтобы мы взяли интервью у прохожих и смогли составить общую картину того, что знают люди об этом здании. Отвечали неохотно. Мы сделали вывод, что нам есть куда расти, но не опустили руки. В какой-то момент, когда мы стояли на улице и не знали, как подойти к очередному прохожему, наша одногруппница позвала нас за поворот и, показав пальцем на какую-то пристройку, гордо сказала:

— Это — Врубелевский флигель.

— Что?

— Ну, Врубель построил его.

Мы онемели. Перед нами флигель конца 19 века, такой же значимый, как и все здание.

Вот тогда в нас зажглась искра, и появился вопрос: а что еще мы можем найти? Какие факты скрываются от нас? И дело пошло. Когда мы находили информацию, некоторые моменты просто шокировали. Мы совсем не осознавали значимость здания, в которое приезжаем каждый день. Это еще сильнее мотивировало нас, поэтому проект состоялся.

Отбирали материал долго. Находили все подряд, а фотографии здания сравнивали вплоть до схожести и количеству окон.

Врубелевский флигель, построенный по эскизам художника
Врубелевский флигель, построенный по эскизам художника

Брали информацию сначала из интернета, потом вспомнили, что раз мы пишем про наше здание, значит в библиотеке должна быть какая-то информация. Этого нам тоже было мало. И нас осенило — ЛЮДИ! Мы пошли брать интервью у наших преподавателей, которые открывали или возглавляли ведущие кафедры института. Всю информацию разделяли на актуальную и неактуальную и выстраивали ее в хронологическом порядке.

Формат всего проекта нам задали изначально — лонгрид. Нам оставалось только наполнить это слово жизнью.

Наша главная ошибка в работе — глухота. Мы все хотели разного и не слышали друг друга

Мы разделились на группы: те, кто ищет информацию, те, кто редактирует и выявляет нужное и те, кто пишет литературную часть. И тогда дело пошло. Мы поняли, что, делая одну и ту же работу, мы просто впустую тратили время. То есть в первый раз все занимались не тем, чем хотели. Но после перераспределения система «студенты первого курса» заработала в нужном направлении.

На четвертую неделю сценарии были сданы.

На шестую неделю текст для лонгрида был почти готов. Техническая группа занялась медиавставками. Ребята встречались в библиотеке, обсуждали, как визуально будет выглядеть проект, верстали текст, собирали фотографии, подготавливали аудио- и видеоматериалы. Разобраться с «Тильдой» получилось очень быстро и не возникло никаких проблем.

Наша главная ошибка в работе — глухота. Мы все хотели разного и не слышали друг друга. Из-за этого возникали и задержки сдачи материалов, и ссоры. Мы поняли, что нужно наладить отношения в коллективе. Когда мы это исправили все встало на свои места.

И вот спустя два месяца мы представили готовый проект.

Знаете какие были эмоции? Мы улыбались, смеялись и гордились тем, что смогли. Довели дело до конца и не облажались, как думали вначале.

Вот так мы рассказали историю этого ничем не примечательного, на первый взгляд, дома. Рассказали о ценностях, которые он хранит в себе. Об историях людей, чьи жизни связаны с этим зданием.

Мы хотим сказать «спасибо» нашему преподавателю за уникальную возможность быть опубликованными в солидном издании, будучи первокурсниками. Спасибо каждому, кто вложил душу в этот проект и жертвовал своим временем, сном и нервами ради того, чтобы у нас все получилось.

Это бесценный опыт совместной работы, и если сначала мы друг друга не слышали и понимали, то сейчас мы по праву можем гордо называться «командой»!

Итак, представляем вашему вниманию историю дома под номером 6 на Садово-Спасской улице. Это здание культурного наследия. Мы расскажем о человеке, создавшем литературный круг из людей, которых мы считаем классиками жанра, — о Савве Мамонтеве. Расскажем о Петре Страхове, из стен мужской гимназии которого вышли великие личности: президент Академии наук СССР А.Н. Несмеянов и генерал-полковник авиации А.С. Яковлев. И расскажем, как образовался Полиграфический институт и почему о нем пойдет речь. Четыре жизни одного дома. ­История продолжается. 

 


Спасая Спасскую


Иллюстрации: home-story.tilda.ws/page1
Сообщить об ошибке
Июл 29, 2019
5 декабря в кинотеатре «КАРО 11 Октябрь» состоялась церемония открытия «Артдокфеста».
О своем отношении к самоцензуре — Леонид Никитинский
«Я не участвую в войне. Война участвует во мне»

Вам будет интересно: