Медиа, город и горожане – 4

История городского поселения неразрывно связана с историей медиа — как вообще информационного посредника, так и масс-медиа, вещательной, организованной модели коллективных коммуникаций. Серия публикаций, которая продолжает возобновленный PostJournalist, основана на проекте STRELKA Institute, для которого была написана краткая версия этой работы.

Четвертая часть из шести

Новое Время

Новое Время – это прежде всего эпоха торжества книги и местной газеты. В отличие от Средневековья, где вся или почти вся информация была устной, человек эпохи Реформации и последующего Просвещения научился доверять печатному слову, использовать его для познания, получения и распространения информации. Равно сильное оружие и в руках власти, и в руках граждан, газеты становятся инкубатором перемен, важнейшие из которых – антимонархические и антиколониальные революции в Нидерландах, Англии и Соединенных Штатах.

Горожанин Нового Времени – это еще и человек времен формирования национальных государств; вместе с локальной идентичностью (я – парижанин, или я – москвич), к нему приходит и концепция принадлежности к большей, государствообразующей структуре – нации. Трудно переоценить роль масс медиа в формировании наций – ведь язык массовой коммуникации преодолевал региональные отличия и диалекты, создавал ощущение причастности к большим событиям, и, что особенно важно, даже в условиях абсолютных и авторитарных монархий того времени, оформлял Просвещение.

Важнейшим отличием Нового Времени от предшествовавших периодов развития коммуникаций стало появление массового образования – еще одного компонента медиа-диеты горожанина.

 

Даже самые ранние организованные школы становятся центрами распространения информации, знаний, мнений, способностей (в том числе к созданию коммуникаций)

К периоду XVII-XVIII веков относится и появление политической коммуникации – от возникновения партий и общественных движений до выборного процесса (в некоторых культурах он существовал и раньше, однако не был медиа-явлением, т.к. выборы происходили в рамках закрытых сообществ, территориальных или профессиональных). Человек Нового Времени, знания и мнения которого были сформированы гуманизмом Просвещения и освобожденным от церковной догматики светским знанием и светской философией, требовал самовыражения – и оно прежде всего приходило через возможности местного, городского самоуправления. Даже в очень консервативных культурах в это время возникают городские Советы, сенаты, парламенты, начинается работа по организации жизни урбанизированных сообществ.

 

Сообщение о разнообразии

Индустриальная эпоха, которая приносит массовую скоростную и дешевую печать (ротационная машина Хоя 1847 года – первый механизированный печатный станок, который автоматизировал подачу бумаги из рулона, ее «прогон» через печатные формы и разрезание на индивидуальные «печатные листы» с газетой), паровой двигатель и ускорение транспортного сообщения ответственны за два важных события. К концу 19-го века в целом формируется известная нам устойчивая медиа-среда, в которой оказывается современный горожанин. Для формирования городского сообщества теперь недостаточно «веча» – даже если площадь, на которой высказываются политики, окажется очень эффективной, она не может постоянно начинать с «самого начала», подключая к коммуникации всех новоприбывших или родившихся. Следовательно, медиатизация становится неизбежным компонентом коллективной культуры города.

Эта медиа-среда состоит из статических и динамических компонентов, является постоянно развивающейся и дополняющейся, поскольку для этого созданы специальные инструменты – прежде всего, средства массовой коммуникации, а также различные естественные, исторические и актуальные групповые коммуникационные каналы. Принципиальным отличием именно городской медиа-среды (скажем, от деревенской) является практически обязательная медиатизация субъектов (т.е. горожан, их групп, организаций, институтов) – поскольку, просто в силу количества населения и выросшего темпа жизни, невозможно обеспечить тотальное «знакомство» всех со всеми для индивидуальной коммуникации. Говоря проще: булочник в деревне может не вешать вывеску, о его существовании и продуктах и так всем известно; в городе индустриальной и постиндустриальной эпохи необходимо медиатизировать существование открывшейся булочной – в противном случае множество людей ее просто не заметят.

Вторая особенность медиа-среды современных городов – в наличии транспортных потоков и обязательном учете их при коммуникации

Появление массового транспорта, особенно – общественного транспорта – разорвало исторически сложившийся «местный образ жизни», своего рода имитацию деревни внутри городских стен, жизнь в общине, махалле или квартале. Да, кое-где этот образ жизни сохраняется и даже культивируется – но именно как элемент культурной самобытности, но никак не способ обратного разделения городов на массу мелких соседствующих поселений. Массовые медиа используют транспорт как точку контакта с аудиторией, транспорт позволяет перемещать физические копии газет и журналов в нужное время в нужное место (включая гарантированную доставку газеты к утреннему кофе!). В более позднем, постиндустриальном городе, «транспортом медиа» становятся всепроникающие электронные и цифровые сети дистрибуции – вещательное ТВ, радио, интернет – заменяющие физическую доставку медиа-продуктов.

Медиа-среда городов, как показывает нам история Нового и Новейшего времени, стала питательной почвой для возникновения современных государств, управленческих и деловых практик, политической и социальной коммуникации.

Как писал Вальтер Бенджамин:

Индустриальный город – это «машина для жизни», задача его существования – предоставить всем некий минимальный набор материальных и нематериальных «товаров и услуг», чтобы удержать единицу населения на своей территории – как производителя, как потребителя, как налогоплательщика, как избирателя

Наивно полагать, что горожанин индустриальной (и тем более постиндустриальной) эпохи сам догадается, что и в каких количествах, на каких условиях ему «полагается» от этой «машины для жизни». Соответственно, буквально все – от названий улиц и кварталов, до правил пользования транспортом, от местоположения институтов власти до расписания времени работы общественного туалета – должно быть скоммуницировано.

Обратной стороной этого процесса в течение целого ХХ века считалось «обезличивание» горожанина. Как потребитель индустриальной, «машинной» услуги по жизни в городской среде, идеальный горожанин должен был быть стандартизованным и «обычным». Массовые коммуникации индустриальной эпохи – «оптовые», вещательные – сообщение из одного центра (условной редакции) всем сразу и сейчас одного и того же, пусть состоящего из определенного ассортимента (рубрикатора, программы передач) сообщения. Получатель этого сообщения должен за него заплатить, как за товар или услугу (в лучшем случае – если оно ему нужно, как газета; в радикальном – обязан платить, как, например, в число налогов Великобритании входит обязательная оплата «сбора на БиБиСи»). Несомненно, что, по мере развития городских классов и страт, «тотальность» городской коммуникации постепенно сменялась более адресной, локализованной в пространстве или в области интересов (местная районная газета или телеканал, деловое издание для предпринимателей, молодежный журнал для тинейджеров и т.д.)

 

Вторая половина ХХ века – время перехода к пост-индустриальной цивилизации – стало поворотным мнением в отношениях между городской медиа-средой и ее потребителем – горожанином. Проделанная мировой архитектурной, градостроительной и социальной мыслью работа – от Чикагской школы до советских конструктивистов, от социологии «плотной среды» Питирима Сорокина до культурной антропологии Николаса Коулдри – позволила, сменив оптику взгляда на город как объект, увидеть все разнообразие возникшего симбиоза.

 

Продолжение следует...

Публикуется с разрешения автора
Фото: postjournalist, erkc-vladimir
Сообщить об ошибке
Июн 1, 2017
Рекомендации экспертов по созданию качественного лонгрида
Все больше людей читают про моду. Но все меньше — в СМИ