Размышления о конвергенции профессий

Одним из главных вызовов XXI века стали изменения медиапространства, а одним из самых обсуждаемых на форумах, форсайт-сессиях, конференциях, круглых столах по проблемам журналистского образования, — вопрос: «Какого специалиста ждет современный медиарынок?» Мнения оказались, если не полярные, то очень разные: от эрудированного гуманитария до владеющего новейшими технологиями исполнителя; от грамотного автора интересных текстов до «владельца» аудитории в социальных сетях.

При этом остается малоизученной проблема: какую собственно профессию, как в функциональном, так и в содержательном смысле сегодня осваивают студенты вузов, реализующих образовательные программы по направлению подготовки 42.03.02 «Журналистика». А это, на наш взгляд, важнейший вопрос в условиях, с одной стороны, жестких требований следовать задачам и критериям образовательных и профессиональных стандартов, а с другой стороны, в ситуации стремительно и перманентно развивающегося медиарынка.

Александр Амзин:

Каждые 7-10 лет меняется технологическая парадигма. Каждые 5-7 лет меняем концепцию. Каждые 3 года меняем и добавляем курсы. Каждый год замечаем изменения в студентах, дополняем и уточняем курсы. Но этого мало...

Рискуя вызвать гнев и возмущение коллег, все же определим одну, как нам представляется, интересную тенденцию: сегодня профессии журналиста и специалиста по связям с общественностью сливаются. Происходит это на разных «уровнях» профессии и началось не вчера. Можно даже сказать, что это, в определенном смысле, трансформация отечественной традиции. С нее и начнем.

Советские СМИ (а сначала честно называемые СМИП) занимались своеобразной журналистикой, в которой особую роль играли пропаганда и идеологическая функция, которая вполне оправдана в любом обществе. Не случайно при подготовке специалистов по связям с общественностью, например, обязательно изучается пропагандистский опыт тоталитарных государств. Но главное, что все публикации в прессе, на радио и телевидении СССР участвовали в создании имиджа советского государства. Проявление данной функции очень точно определили поэты — сначала провозгласивший «собственную гордость» советских людей Владимир Маяковский, а потом Игорь Губерман:

Курю я самокрутки из газеты,

боясь, что по незнанию страниц

я с дымом самодельной сигареты

вдыхаю гнусь и яд передовиц.

Талантливые советские публицисты рассказывали о своей стране как о субъекте PR, говоря словами современных учебников, обращались к разным жанрам, методам и стилям, в которых можно обнаружить и все формы пафоса, и разнообразные сатирические приемы. Заметим, что у многих получалось искренне писать о патриотизме, который сегодня, к сожалению, превратился в штамп и риторику, обозначенную ужасным словом «скрепа».

С приходом новой — рыночной — эпохи весьма востребованной оказалась профессия PR-специалиста: конкуренция, с одной стороны, и усиление роли медиа — с другой, потребовали профессионального подхода к продвижению товара и услуги, идеи и бренда, партии и лидера, события и проекта. Появились новые специальности, новые структуры в организациях и на предприятиях, новые должности, а позже оформились и новая специальность в системе профессиональной подготовки, и новый образовательный стандарт.

Первыми специалистами в сфере связей с общественностью стали журналисты. Примеров таких можно найти множество, да и сейчас это уже никого не удивляет. Тенденция вполне объяснима: журналист умеет работать со словом, а это по-прежнему главный инструмент коммуникации; журналист умеет работать с информацией, а это именно то, что требуется представить в медиапространстве; журналист понимает, как превратить информацию в текст, а он сохраняет статус «высшей единицы общения».

обе профессии трансформируются в условиях конвергенции, в условиях возвращения пропаганды в СМИ

Но сегодня, когда все вроде бы привыкли к тому, что журналистика и связи с общественностью — это разные сферы деятельности, разные профессии, все очевиднее тенденция перетекания основных функций журналистики и ее качественных характеристик в пиар. Слово «пиарналистика» с легкой руки Александра Короченского вошло в обиход как ругательное, обозначающее ангажированную, заказную, сервильную, комплиментарную журналистику и так называемую «джинсу». По мнению тех, кто отстаивал ценности журналистики, особенно важно сохранить миссию профессии как общественно значимой, независимой, стремящейся к объективности в освещении современной действительности. Безусловно, эта проблема остается актуальной и обсуждаемой. Но...

Сегодня в слове «пиарналистика» все меньше негативной коннотации. Осмелимся предположить, что это обусловлено появлением и тиражированием текстов, изданий, проектов, в которых функции журналистики и пиара оказались тесно переплетены. Дело в том, что обе профессии трансформируются в условиях конвергенции, в условиях возвращения пропаганды в СМИ, когда в повестке дня федеральных и региональных каналов мы видим одних и тех же субъектов события. Да и подготовленных событий, тщательно продуманных и качественно реализованных специалистами пресс-служб (пресс-центров, PR-отделов и т.п.), в ленте новостей гораздо больше, чем событий реальных, не запланированных кем-то.

Несколько лет назад одна выпускница журфака, с детства мечтавшая о журналистке и вполне успешно работающая на телевидении, приняла решение уйти в пресс-службу коммерческого предприятия и объяснила свое решение (а оно далось нелегко) так: «Это честнее...» К сожалению, проблемой журналистской профессии стала зависимость, когда провозглашенная законами свобода слова оказывается ограничена политикой издания, внешней и внутренней цензурой, экономической несвободой.

Пример. На одном замечательном событии встретили своих выпускников, приехавших со съемочной бригадой. В событии должен был принимать участие мэр города, но он не приехал, точнее, опоздал: появился, когда все закончилось. Заметив, что телевизионщики продолжают его ждать, мы поинтересовались, будет ли мэр в сюжете. Ответ был честный и циничный: «Конечно, это же городской канал». Ответ возмутил и расстроил, хотя очевидно, что это почти повсеместно принятые правила игры. Возможно, с этой точки зрения работа PR-специалиста и впрямь честнее...

Однако и это не главное. Гораздо важнее тот факт, что представители относительно новой профессии увлеклись исполнением журналистских функций и справляются с ними весьма успешно. Например, в корпоративных изданиях (еще один привет советской журналистике — теперь многотиражкам), которые прочно вошли в систему современных СМИ как сформировавшийся тип издания. Лучшее доказательство — монография А.Ю. Горчевой «Корпоративная журналистика». Исследования разных корпоративных изданий, участие в работе жюри регионального этапа Всероссийского конкурса «Серебряный лучник» позволяют говорить о том, что в газетах и журналах коммерческих предприятий порой гораздо больше настоящей журналистики, чем в некоторых общественно-политических СМИ.

Выделим три основных момента, доказывающих наш тезис.

 

Они человекоцентричны, их интересует человек не столько уже как представить субъекта PR, а как личность. Лучшие образцы сторителлинга — от традиционного очерка в журнале до мультимедийной истории на сайте — можно найти в корпоративных медиа. Один из примеров — корпоративное издание «TeploNews» (АО «Теплант»). В 2017 году журнал стал победителем в Национальном конкурсе корпоративных медийных ресурсов «Серебряные нити 2017» как «Лучший корпоративный журнал в номинации B2P/industrial». C 2015 года основные материалы каждого номера выкладываются на сайте Тепланта в html-формате, и количество просмотров многих публикаций превышает десятки тысяч.

 

Для специалистов по связям с общественностью важна социальная составляющая, поэтому они взяли на себя традиционно присущую журналистике организационно-массовую функцию (возможно, истоки тоже можно найти в советских СМИ). Большинство проектов, представленных на конкурс «Серебряный лучник», основано именно на этом принципе.

 

Расследовательская деятельность, задачи и методы которых особенно тесно связаны с журналистикой: поиск и проверка информации, представление ее массовой аудитории в интересном, оригинальном формате. Приведем только один пример: книги воспоминаний, подготовленные начальником управления по стратегическим коммуникациям Самарского филиала ПАО «Т Плюс» Владимиром Громовым: «На энергетическом фронте. Труд и быт куйбышевских энергетиков во время Великой Отечественной войны» «Лось на ТЭЦ и другие задачки для будущих менеджеров». Автор обращается к архивным источникам о работе куйбышевских/самарских энергетиков, к материалам многочисленных интервью с действующими и бывшими работниками.  

На недавно прошедшем в Москве семинаре «Эдьютон. Трансформация журналистского образования» (организатор — директор АНО «Содружество преподавателей новых медиа» Иван Печищев), Анна Качкаева презентовала мультимедийные проекты своих студентов «Музеи по соседству», «Приложение к музею. Студенты — Толстому». Эти проекты основаны на тесном взаимодействии методов современной, поисковой, мультиформатной журналистики и имиджевых технологий, в данном случае музеев. И это еще один аргумент в поддержку нашей идеи о том, что конвергенция профессий — уже настоящее массовой коммуникации.   

Заходная иллюстрация: shutterstock.com
Сообщить об ошибке
мая 14, 2018
Правительство Великобритании ищет новые способы сохранить вклад местных газет в демократию
Типичные ошибки редакций по работе с соцсетями — в формате пьесы
Как организована работа редакции самой тиражной региональной газеты страны. Коротко о главном