Немного лжи ради хорошего реалити

Американский реалити-сериал о школе не прижился в Нидерландах

Голландские школьники выступили против американского формата — участия подставных учеников в главной роли школьного реалити-сериала. Внедрение подсадных уток в реалити-сериал с претензией на документалистику ставит под сомнение достоверность медиа в целом и журналистики в частности. 

 

Съемки реалити вызвали протест

В пятницу 8 февраля средняя школа Christelijk Lyceum Veenendaal (CLV) небольшого голландского городка Венендаль в провинции Утрехт стала национальной новостью номер один. Ученики вышли на школьную площадь с протестом против съемок реалити-сериала с участием подставных одноклассников.

К этому времени учителя и ученики старших классов установили идентичности пяти лжеучеников. По официальной версии они были переведены из разных школ, в действительности же с одобрения дирекции CLV тайно привлечены к съемкам реалити-сериала, предназначенного раскрыть трудности школьной жизни.

Таков формат: реальные имена новоиспеченных школьников были известны только дирекции и оставались в тайне с целью «более реалистичного отражения». Наипростейший фактчекинг — проверка профилей лжеучеников в фейсбуке, мгновенно поставила под сомнение подлинность их идентичности: на их страницах в соцсетях практически отсутствовала какая-либо предыстория. Никакой архивной информации о них не обнаружили и работающие с ними учителя.

Ученики CLV протестуют
Ученики CLV протестуют

Когда разоблачение подставных одноклассников стало очевидным, руководство развлекательного телеканала RTL4, заказчика реалити-сериала, приняло решение прекратить съемки и уничтожить снятый материал, который в целом насчитывает семь съемочных дней. Продолжать не было смысла: по словам представителя канала Кима Коппенола, отношения в классе складываются совсем иначе, когда одноклассники знают, что они имеют дело с ненастоящими учениками. Подозрение и недовольство присутствием подставных школьников вылились уже на следующий день после отмены съемок в спонтанное протестное возмущение на площади. Сам инцидент дирекция школы окрестила «беспокойствами» в школьной среде и отменила все занятия «по причинам безопасности»: протест мгновенно привлек местных хулиганов и зевак, дымка от фейерверка красноречиво передавала растущее напряжение.

 

Хотели показать реальность

В письме об отмене уроков, который в день протеста получили родители, дирекция честно признает, что неверно оценила ситуацию и приносит извинения ученикам, родителям и работникам школы. В том же письме она объяснила решение участвовать в реалити-сериале: «Формат программы состоит в том, что в центре внимания эксперт-ученики, которые уже закончили школу, но по личным причинам готовы вернуться назад. Мы подчеркиваем, что они не актеры. С помощью этих эксперт-учеников и через призму их опыта мы хотели показать эмоциональную сторону школьной жизни и типичные проблемы, с которыми сталкиваются обычные ученики, словом, реальную жизнь школы».  

Формат несостоявшегося сериала голландцы заимствовали у американцев. По аналогии с Undercover high, американским реалити-сериалом, вышедшем в 2018, голландские производители собирались дать «реалистичный взгляд» на современную школьную жизнь. С той разницей, что американские подставные ученики пришли в школу за полгода до съемок и, судя по всему, смогли лучше интегрироваться в школьную среду. В голландской школе они появились почти в одно время с приходом съемочной группы, и времени адаптироваться оказалось недостаточно.

Чтобы внедрить их в среду, дирекция согласилась с условиями формата сериала представить их учениками, которых перевели из других школ из-за трудностей адаптации. Небольшая ложь во имя большой правды: «Наша цель была сделать хороший реалистичный документальный сериал о школьном образовании. Такого в Нидерландах еще не было», — сказал в интервью национальной газете AD (Algemeen Dagblad) ректор CLV Виллем Фос. Другому крупному качественному изданию de Volkskrant он признался, что все-таки это была плохая идея ввести учителей и учеников в заблуждение. Оказывается, он и раньше заметил этические возражения, но надеялся, что программа принесет общественную пользу.

как бы заказчик, производитель и дирекция не радели за реалистичность программы, вместе они принесли реальность в жертву реалити

Представители компании-производителя Vincent TV, специализирующейся на реалити шоу, и заказчика — развлекательного канала RTL4 — считают, что внедрение ненастоящих учеников с опытом вполне оправданно. По замыслу сериала наемные ученики делятся пережитыми проблемами, типичными для среднестатистической голландской школы, и устанавливают контакт с учениками, испытывающими подобные трудности. Среди таких проблем рассматривали, например, развод родителей, вынужденный переезд и частую смену школы, сексуальную принадлежность и секстинг (сброс интимных изображений в социальные медиа), высмеивание по любому признаку. Очевидно, голландские производители исходили из того, что реальным ученикам говорить о «школьных» проблемах было бы труднее, чем подставным, ведь те не зависят от среды, в которую их погружают, и их проблемы остались в прошлом.

 

Фейк вместо реалити

Но именно эта благая ложь во имя реалистичной подачи и стала для них триггером. В день протеста на камеру и с газетчиками школьники CLV охотно делились накопленным недовольством: «Мы чувствуем себя обманутыми», «Я думал, это будет реалити программа, а оказывается это подделка». «Мы протестуем, потому что считаем ненормальным то, что произошло. Мы ничего не знали, и дошло даже до того, что один наш одноклассник пригласил домой подставного ученика поиграть в FIFA». Между тем те, кто успел подружиться с лжеучениками, выяснили, что некоторые из подсадных уток в реальности студенты театральной академии, будущие актеры.

Один из учителей анонимно в интервью de Volkskrant выразил общее недоумение: «До сих пор загадкой остается вопрос, зачем дирекция согласилась на эти условия. Учителя вложили в подставных учеников силы и время, не подозревая, кто они на самом деле».

«Недопустимым» назвал действия телеканала и министр образования Ари Слоб, комментарий которого в тот же день потребовали журналисты, поймав его в промежутках между запланированными мероприятиями. Он не мог поверить прежде всего в то, что учителя и ученики ничего не знали о подставных школьниках, и выразил готовность выяснить, как все произошло на самом деле.  

 

Формат не прижился

Так в чем же все-таки проблема и почему не прижился формат? Насколько реалити-программы вообще способны дать реалистичный взгляд и быть достоверными, если действующие лица в них подсадные утки, реальные люди с подделанной идентичностью?

Кадр из фильма «Шоу Трумана»
Кадр из фильма «Шоу Трумана»

Пользователи в комментариях критикуют дирекцию школы (между прочим, христианского лицея) за несовместимость исповедования христианских идеалов и участия в реалити-сериале, основанном на фейковых персонажах. В извинительном письме дирекции со словами «неправильно оценили ситуацию» обнаруживается другое заблуждение — неумение различать жанры документалистики и реалити-телевидения. Обычный недостаток медиаграмотности. Ведь участие в реалити-сериале означает согласие на выпуск не документалистики о реальной жизни в школе, как ошибочно полагает ректор, а другой разновидности медиапродукта — развлекательного информационного проекта. Поэтому как бы заказчик, производитель и дирекция не радели за реалистичность программы, вместе они принесли реальность в жертву реалити, согласились на подмену реальных героев поддельными, и тем самым пошли на подмену жанров.

Жанр документалистики по сравнению с реалити предлагает зрителю следить за тем, как режиссер обнаруживает и документирует существующий конфликт. Документальный сериал включает только отснятый и смонтированный материал на основе свершившейся реальной истории, разбитой на несколько эпизодов. Реалити-сериалы можно снимать бесконечно, придумывая очередной повод.

Жанр реалити показывает реальных людей в стандартных повседневных ситуациях, смоделированных сценаристами (две семьи меняются своими детьми-подростками — Puberruil, семья хочет отремонтировать жилье — Квартирный вопрос), или внедренных в незнакомую среду (выжить на острове — «Последний герой», фермер ищет жену — Boer zoekt vrouw’). Либо, следуя принципу «журналист меняет профессию», известная медиаперсона (ролевая модель) выявляет нестандартные повседневные ситуации (жизнь в психиатрической лечебнице или в тюрьме — Beau Five days inside). По сути, реалити создает новую препарированную реальность на основе повседневности.

Формат американского школьного реалити оказывается абсурдным сочетанием этих разновидностей жанра: бывшие выпускники разных школ представлены «экспертными учениками», которые подобно тайным агентам получают новую идентичность и идут на «тайную операцию» — выявить собирательный образ типичных проблем в школе.

В случае с несостоявшимся голландским сериалом произошла не только подмена жанра, когда под видом журналистского продукта предлагается развлекательный информационный продукт, который в отличие от документалистики преследует цель развлекать, а не информировать, обучать и призывать к действию. Фальсификация здесь проявляется и в смешении двух разновидностей производства реалити, которые выдаются за «реалистический взгляд».

Критически настроенные медиапрофессионалы видят в жанре реалити вызов достоверности медиа в целом и журналистики в частности. В книге «Не снимать» (Niet te filmen) Барбара Кауперс рассказывает, как после получения диплома журналиста она окунулась в параллельную реальность голландского реалити-телевидения и скоро осознала, почему оно мало связано с отражением действительности. Сценарий съемочная группа нескромно называет «Библией». В ней заранее спрограммированы действия «кандидатов»: кто с кем поссорится, кто кому изменит, кто в какой момент пустит слезу. Чтобы оправдать высокую стоимость съемочного времени авторы не могут полагаться только на счастливый случай. Манипулирование кандидатами и сделки с совестью неизбежны и даже входят в привычку:

Ты словно кукловод знаешь все слабости кандидатов. Твое дело умело направлять их в нужное русло, и сценарий становится реальностью». Выпуск в 40 минут может быть порой смонтирован из 40 видеолент, слова и предложения присоединены так, чтобы получился желаемый результат. Немного лжи ради хорошего реалити.    

В школьном реалити-сериале, от которого дирекция ожидала документалистики, внедрение подсадных уток поставило под сомнение достоверность и историй главных героев и медиапродукции в целом. В отличие от реалити, документалистика с реальными школьниками требует совсем другого подхода к героям: для этого разработчикам нужно вложить достаточно времени, усилий и средств, чтобы выстроить доверительные отношения и разговорить школьников.

Популярные форматы перекупают по франшизе телекомпании во всем мире. К примеру, только у голландцев Россия перекупила по крайней мере две программы: «Голос» (The Voice of Holland, 2010), второй по рейтингу и первый по доле на рынке развлекательного шоу в России, а также «Дом-1» и «Дом-2», воспроизведенные по образцу голландского реалити-шоу Big Brother (1999) как минимум в 70 странах. Название последнего восходит к собирательному имени лидера Океании из романа Джорджа Оруэлла «1984». С экрана и плакатов он предупреждает, что следит за действиями каждого: «Big brother is watching you». Любопытно, что за год до появления «Большого брата» американцы выпустили фильм «Шоу Трумана» (1998) о круглосуточной экранизации жизни ничего не подозревающего Трумана Бирбэнка в полностью сконструированной для этого реальности, где друзья и члены семьи настоящие актеры. Совершенно случайно он начинает обращать внимание на несовпадения вокруг него, им овладевают сомнения, он находит им подтверждение и затевает побег. Очевидно, такой же ага-эффект Трумана ощутили голландские школьники и решили прервать шоу, чтобы не оказаться за гранью реальности. Не каждый ученик может приспособиться к новой школе, не каждый формат способен прижиться в других национальных рамках.  

Иллюстрации: кадры из фильма «Шоу Трумана», shutterstock.com, The Netherlands BV
Сообщить об ошибке
Мар 5, 2019
Интервью с директором по развитию новых медиа Condé Nast
Член правления клуба «Журналистка», представитель Глобального альянса «Медиа и гендер» в России — о профессиональной солидарнос

Вам будет интересно: