Свой среди чужих

Теги: 

Утром встал, ноги в тапочки — и уже на работе

Это — про нас, собкоров, то есть корреспондентов, работающих вдали от редакционных офисов, в регионах или за границей.

Я за свою долгую жизнь в журналистике прошел все ступени: был корреспондентом, заведовал отделами, входил в состав редколлегий, занимал должности заместителя главного редактора и сам тянул редакторскую лямку. Интереса ради пробовал себя на посту генерального директора, руководил издательскими проектами. И дважды за свою биографию был собственным корреспондентом: в молодости в Афганистане, а теперь вот в Праге.

И скажу я вам: это самое лучшее из того, что может выпасть нашему брату. Конечно, по деньгам или по социальному статусу выгоднее быть начальником, но ведь за все в этой жизни приходится платить, а тут цена вопроса бывает чрезмерной. Редактор все время должен держать баланс, чтобы, с одной стороны, не потерять доверие у читателя (зрителя, слушателя), а с другой, чтобы не раздражать хозяина — дело это в наше время сродни искусству эквилибриста, не всякий талантливый журналист его потянет. Да и ущерб для здоровья очевиден: ловкачество просто так с рук не сходит. Директор должен день и ночь думать о том, как по деньгам свести концы с концами, найти рекламодателя, решить вопрос с дистрибуцией, это тоже должность, можно сказать, расстрельная.

То ли дело — собкор. Утром встал с кровати и уже на работе. Первым делом прошелся по лентам новостей: что у нас произошло за последние часы? Обзвонил своих местных коллег. Посмотрел расписание встреч. Принял звонки и письма из редакции. И — в поле. Интервью, пресс-конференции, интересные поездки по новым местам… Не соскучишься.

Ты сам себе хозяин. Хотя в этом есть, конечно, засада: запросто можно предаться безделью, а это всегда плохо кончается. Поэтому я еще с юных афганских лет взял себе за правило: каждый день надо что-то сделать. Даже если редакция молчит, не тревожит звонками и письмами, даже если в стране пребывания затишье, все равно — это не про тебя, назначай встречи, пиши дневник, копи материалы в досье, двигайся, общайся, ибо движение для собкора — все, а конечной цели нет, как нет предела совершенству.

Содержать региональные и зарубежные корпункты для газет стало делом слишком накладным

Пройти эту школу дорогого стоит. Тут и самодисциплина, и глубокое погружение в проблемы страны (региона), и множество контактов с самыми разными людьми, и новый иностранный язык. Собственными корреспондентами в разное время и в разных местах были многие заметные сегодня медиаперсоны. Глава СЖ Владимир Соловьев работал в Югославии, известный телеведущий Михаил Кожухов был корреспондентом в Афганистане и Бразилии, мой нынешний шеф Николай Долгополов собкорил в Париже, а возглавляющий «Комсомолку» Владимир Сунгоркин начинал свой путь к покорению московских вершин представителем газеты на БАМе. Известные публицисты прошлого Юлиан Семенов, Генрих Боровик, Евгений Примаков, Игорь Фесуненко тоже долгое время провели вдали от своих редакций. Бонн, Нью-Йорк, Каир, Рио-де-Жанейро…

Семенов, успевая писать в «Литературную газету» и другие издания, между делом разыскивал в Германии «янтарную комнату» и жестко прессовал бывших нацистов. Примаков, будучи корреспондентом сначала Всесоюзного радио, а затем «Правды» на Ближнем Востоке, заводил полезные знакомства с перспективными политиками — через годы, когда он стал директором разведки, министром иностранных дел, премьером, это ему сильно пригодилось. Потому что «перспективные» к тому времени сами вышли на первые роли. Фесуненко, освещая политическую жизнь Латинской Америки, вник в тонкости бразильского футбола и написал о нем несколько блистательных книг.   

Известинец Леонид Шинкарев долгое время был корреспондентом в Восточной Сибири, потом собкорил в Монголии, Северной Корее, Африке. Великий поэт Евгений Евтушенко почитал Шинкарева — за талант, за умение дружить, за его любовь к тем местам, о которых он писал.

К сожалению, сейчас этот вид профессиональной деятельности почти исчез. Содержать региональные и зарубежные корпункты для газет стало делом слишком накладным, а телевизионщики, представляющие свои каналы за рубежом, перестали вырастать в заметные и яркие фигуры.   

Мне повезло, почти пять лет в Праге. Я свою главную задачу в этой ипостаси изначально сформулировал так: надо делать все, чтобы мои читатели лучше узнали европейцев, чему-то поучились у них (а учиться, поверьте, есть чему), мне казалось, что важно не вражду сеять, а сшивать отношения между странами, между людьми. Видимо, это не всем понравилось здесь, в Чехии, потому что спустя два года с подачи местной контрразведки меня лишили аккредитации, а в прессу вбросили компромат, дескать, для Снегирева журналистская работа это всего лишь прикрытие его шпионской деятельности.

Но это уже другая история, расскажу ее в следующий раз.

А вам, мои читатели, хочу пожелать: если выпадет шанс поработать собственным корреспондентом, не упускайте его. А что? Разве плохо: утром встал, тапочки надел — и уже на работе?   

Фото: shutterstock.com
Сообщить об ошибке
Ноя 23, 2018

Опыт издательского дома «Мир Белогорья» 
Алгоритмы отодвинули журналистов от создания картины мира
Как заставить читателей вернуться и расширить возможности для подписки? Опыт редакции The Washington Post