Оружие массового поражения

Можно ли быть честным и остаться в живых?

И снова — про то же. Про ложь, которая уничтожает и нашу профессию, и нас самих. Теперь — в связи с 20-летием бомбардировок Югославии.

На самом деле агрессия западных стран началась гораздо раньше весны 1999 года. Ракетным и бомбовым ударам предшествовала мощная пропагандистская атака, задачей которой было промыть мозги обывателю, убедить его в том, что югославское руководство грубо нарушает права человека, проводит широкомасштабные этнические чистки, словом, никак не вписывается в стандарты демократии. Западные телеканалы день и ночь крутили сюжеты про косовских беженцев, одни и те же, но очень ловко смонтированные — чье бы сердце не дрогнуло при виде этих несчастных людей?

И задача была выполнена в рекордно короткие сроки. Югославский президент Слободан Милошевич в глазах почти всего мира предстал как кровожадный диктатор, и теперь эстафету передали военным. Увы, даже если бы они тогда объявили о своем намерении бросить на Белград атомную бомбу — и это было бы воспринято обывателем как благо.

Вот как просто в нашей сегодняшней жизни зомбировать население, даже живущее в самых развитых и демократических странах, даже очень образованное и толерантное.

Четырьмя годами позже тот же трюк будет повторен, когда Штаты захотят войти в Ирак. С трибуны ООН высокопоставленный представитель американской администрации покажет пробирку с белым порошком, якобы, компонентом страшного химического оружия и пояснит, что агенты ЦРУ с риском для жизни добыли его в Багдаде. После чего вторжение станет если не вполне легитимным, то очень даже приветствуемым большинством американских граждан. Ну, извинились пентагоновцы спустя много лет за эту «ошибку», ну, признали, что порошок был стиральным — и что? Сотни тысяч погибших, раздолбанная в пух и прах арабская страна… 

Раньше хоть было понятно, что написанное в газетах не может быть стопроцентной ложью. Сегодня такой уверенности нет нигде. Деньги, ложь и манипулирование стали глобальным оружием массового поражения этой цивилизации. Оно уничтожит Америку, уничтожит и Россию. Никто не будет верить никому.

Это цитата из недавнего аналитического исследования, проведенного специалистами по СМИ в Чехии. Утверждение жесткое, но вполне справедливое.

Было время, когда мы, выросшие за «железным занавесом», верили в миф о свободе слова. Конечно, есть страны, где журналисты еще могут себе позволить такие вольности, как политические расследования, критику президента и собственных спецслужб. Но их, кажется, все меньше, а вранья, заказухи, передергиваний, дешевой пропаганды — все больше.

Я приведу в пример историю с Питером Арнеттом, легендарным американским тележурналистом, освещавшим войну во Вьетнаме и множество других войн. Он всегда всем вставлял «фитиль», то есть делал то, что другим было не по силам. А особенно отличился в пору своего сотрудничества с телекомпанией CNN в начале 1991 года. Тогда, накануне начала операции «Буря в пустыне», в Багдад понаехало полным-полно журналистов со всего света. Но в январе, когда стало известно, что американцы вот-вот начнут бомбардировки Ирака, почти всю прессу как ветром сдуло. Боялись, что янки камня на камне не оставят от города. Не уехали только Арнетт и еще один отмороженный испанец по имени Альфонсо Рохо.

Репортер CNN Питер Арнетт
Репортер CNN Питер Арнетт

И когда на Багдад упали первые бомбы, Питер всему миру продемонстрировал это зрелище, которое было всем в диковинку. Удары обычно наносились с наступлением темноты. Все спускались в убежище, а Питер Арнетт и его оператор, напротив, лезли на крышу отеля «Аль Рашид» и оттуда вели свой репортаж. По себе знаю, как неуютно тогда было на той крыше.

Я прорвался в Багдад в феврале, когда бомбежки стали уже делом привычным, «Аль Рашид» снова заселили корреспонденты из разных стран, а Питер стал мировой знаменитостью. Благодаря его храбрости и техническим возможностям CNN жуткую панораму войны увидел весь свет. Это была абсолютно новая реальность, и с ней пришлось считаться противникам по обе стороны фронта. Рассказывали, например, что когда директор ЦРУ позвонил президенту и доложил ему об ударе ракетами по арабским объектам, то Буш-старший осадил его: «Я это уже знаю из репортажей Арнетта».

Лично мне брутальный парень нравился еще и потому, что его пребывание в отеле «Аль Рашид» как бы гарантировало всех нас от попадания американской бомбы или ракеты. По ночам, сидя в подвальном ресторане-бомбоубежище и слегка выпивая, мы беседовали о профессии фронтового корреспондента. Помню, он говорил: «Саддам Хусейн считает меня агентом ЦРУ, а в Вашингтоне все думают, что я тайно работаю на арабов». Такова судьба честного журналиста.

у нас в почете не те, кто служат, а кто прислуживает

А дальше случилось вот что. Вернувшись из Ирака, Питер еще какое-то время поднимал рейтинг своей знаменитой телекомпании, однако, его независимость стала раздражать хозяев или же тех, кто стоял за ними. Был найден предлог, чтобы избавиться от лауреата Пулитцеровской премии.  Затем его пригласили на NBC, но в 2003 году Арнетт позволил себе в эфире критически высказаться по поводу новой атаки на Ирак и его опять выставили за дверь.

Собственно, ничего особенно нового я вам не рассказал. Теперь и нам самим все это знакомо. И наши СМИ — особенно федеральные телеканалы — погрязли во вранье. И у нас в почете не те, кто служат, а кто прислуживает.

«Быть честным и остаться в живых — почти невозможно», — Оруэлл сказал это не про журналистов — про всех нас.

Возможно, кто-то в стремлении остаться живым (а еще лучше — богатым) и может позволить себе быть нечестным. А журналист позволить себе такого не может.

Вот чему бы я все пять университетских лет учил будущих корреспондентов и редакторов.

Фото: pixabay.com
Сообщить об ошибке
Мар 26, 2019
Опыт редакции сайта Ревда-инфо.ру
Один из немногих материалов, к которому подходит изображение печатной машинки
Политический обозреватель «Российской газеты» Валерий Выжутович — о своей новой книге, сегодняшней журналистике, принципах и пр

Вам будет интересно: