«Щербина не просто фамилия. Щербина — практически должность, она никогда не была тенью своего председателя тяжеловеса Павла Гусева», — так о первом секретаре Союза журналистов Москвы в очередной дней рождения писала «Российская газета». Несомненно, Людмила Васильевна — живая легенда. Не только потому что вручала членские билеты доброй половине «Золотых перьев России» еще в пору их первых шагов в профессии. Что помнит очень многих, очень разных начальников, самого разного калибра, с которыми не боялась вести разговор, настаивать, подчас требовать, и неизменно — защищать коллег… Есть в ее характере, в ее манере что-то, что преобразует окружающее пространство, электризует, побуждает к действию, в решению важных задач непосредственно сейчас. Ее звонкий голос, яркую помаду, неистощимый юмор и фантастическую энергию помнят все, кто хотя бы раз с ней встречался. А умение добиться своего, и стремление поддержать самые разные начинания, от всенародно известных курсов для военкоров до конкурсов детских сочинений и диалога с потомками эмигрантов-участников Сопротивления, живой интерес ко всему происходящему — вызывают искреннее изумление. . Меняются градоначальники, политические лозунги и экономические стандарты, а Щербина продолжает собирать московских редакторов и журналистов, проводить Дни прессы, вручать премии, а главное — слушать, слушать коллег, старых и совсем зеленых, вникать в их проблемы, думать, как можно помочь — и помогать… «Крестная мама московских журналистов», так ее называют люди разных поколений. Свой, 90-й день рождения, она встречает на посту.
ЖУРНАЛИСТ поздравляет Людмилу Васильевну с юбилеем и желаем крепкого здоровья, благополучия – и совместной работы в интересах журналистов Москвы и страны.
Накануне знаменательной даты с легендой побеседовала дипломантка конкурса на лучший очерк имени Юрия Щекочихина «Молодые о молодых», студентка Литинститута имени Максима Горького Дарья Виноградова.
— Людмила Васильевна, расскажите, что привело вас в журналистику? С чего все начиналось?
— На журфак я решила поступать еще в школе, училась я в Тюмени, в 1950-х новой нефтяной столице, рвалась в Москву, в МГУ. Родители не отпустили, и я поехала в Свердловск, в знаменитый Уральский университет, на самый старый факультет журналистики. После окончания пошла работать в «Тюменскую правду», в отдел культуры. Первая публикация называлась «Скорой помощи скорая помощь», летала на север, Уренгой, к вахтовикам. В редакции подружилась с художником, он перевернул все мои представления об искусстве, рассказывал об абстракционистах, о диссидентах, в то время о них мало кто знал.. А потом на меня нахлынула любовь. Будущий муж заканчивал юридический факультет в Иркутске, он туда меня и увез. Я начала работать редактором молодежной программы. После газеты все было удивительным, интересным, новым. Брала интервью в небольшом зале кафе, тогда начинались первые «прямые эфиры» с участниками программ, мне это очень понравилось. Думала посвятить себя ТВ. Потом я об этом даже рассказала председателю Гостелерадио СССР Лапину, когда приезжала на съезд ВЛКСМ в Москву… Но случилось так, что мужа, офицера, послали в Киев. Мы приехали, я тогда не знала ни слова по-украински. На русском языке выходили газеты «Правда Украины» и «Комсомольское знамя», нигде вакантных мест нет. Решила сотрудничать внештатно. Был на руках ребенок, сыночек мой. Пришла вставать на учет в в украинское отделение Союза журналистов СССР (он был воссоздан в 1957 году). Мне предложили работать в Союзе, и скоро я поняла, как это интересно. Творческие семинары, круглые столы, помощь ветеранам, программы для молодых, а главное — постоянная работа с людьми… В 1977 году мужа перевели на работу в Москву. Я думала, куда пойти — на ТВ или в АПН. Но уговорили остаться в Союзе журналистов СССР, соблазнив поездками по всей стране. Одна из первых была в Красноярск, после этого председателю союза журналистов СССР Афанасьеву пришла телеграмма: «Нужно, чтобы Щербина Людмила Васильевна поработала какое-то время у нас в Красноярске, научила как вести оргработу наших мужиков». А в президиум мне пришла записка из зала : «Во глубине Сибирских руд я не встречал подобный Люд». Было смешно и приятно.
Наступило другое время. Председателем Созюа журналистов Москвы был избран Михаил Полторанин, известный журналист, он был замминистра печати в правительстве Ельцина. Мы с ним встретились, и он сказал мне: «Приходи на работу в Союз журналистов Москвы». На съезде я предложила председателем избрать молодого человека, главного редактора «Московского комсомольца» Павла Гусева. Его избрали, и вот уже 35 лет мы работаем вместе.
— Чем отличалась советская журналистика от современной? Как в условиях цензуры мастера слова могли рассказать аудитории о самом важном?
— Конечно, рассказывали. Были и гонения, и увольнения, и наказания. Но такие журналисты, как Михаил Полторанин, Александр Бовин, Всеволод Овчинников — они писали профессионально и правдиво. Я убеждена, что абсолютной свободы нет нигде и никогда. Каждый журналист зависит от кого-то, или финансово, или политически, или морально. Когда мы с Гусевым решили вместе работать, я ему сказала: «Павел Николаевич, мы не будем делить людей ни на правых, ни на левых. Пусть в нашем журналистском объединении будет и газета «Правда», и газета «Известия», и «Московский Комсомолец», и «Независимая газета»». Журналисты сделают свой выбор. И читатель тоже выберет, что ему ближе». Иногда мне кажется, свобода слова привела к какому-то повороту, который мне, человеку старой формации, не очень нравится. Это «желтизна», нездоровый интерес к частной жизни человека, который иногда перехелестывает все этические нормы. Журналисты некоторых изданий идут на поводу читателя, потворствуют любопытству, а не общствнному интересу.
Но есть уникальные издания, как «Московский Комсомолец». Надо отдать дань умному менеджменту, который провел в начале 90-х Гусев. Не потому что он мой председатель. Он с самого начала сказал журналистам: «Чтобы со мной не случилось, это будет газета коллектива. Она будет независимой». Я очень ценю многих журналистов, таких как Ева Меркачева, Михаил Ростовский, специалистов, которые пишут об образовании, медицине…
Мне очень жаль, что прекратили свое существование «Советская женщина», «Работница», «Крестьянка», жаль, что никто их не поддержал. Огорчило то, что закрылись окружные газеты, этот бесплатныей источник информации для людей старшего поколения, из которых далеко не все освоили Интернет. И на постоянно дорожающую подписку денег нет у многих. Из почтового ящика они могли вынуть окружную газету, из которой узнавали самые животрепещущие новости о районе и регионе, о своей улице. Я получаю много изданий, в силу своей должности. Когда я подхожу к ящику, меня окружают ветераны и говорят: «Людмила Васильевна, когда прочитаешь, не выбрасывай». И я стараюсь им это отдавать. Именно старшее поколение продолжает любить печатное слово.
Закрытие окружных газет лишило более пятисот человек работы. Было большой неожиданностью для нас. Закрытие сначала в Московской области, потом и в Москве малой прессы — непоправимая ошибка.
— Кого Вы считаете своим учителем?
— Учителей много. Во-первых, преподаватели нашего факультета. Во-вторых, журналисты, материалы которых читала взахлеб, в том числе о неизведанных странах. Мое поколение было долгие годы было невыездным. Всеволод Овчинников. Мы с его дочерью, женой были в японском посольстве, где от имени императора Японии его семье вручали награду, там прозвучали такие слова: «Никто так не написал о японцах, как Всеволод Овчинников, который написал книгу «Ветка сакуры»». А в Англии очень ценили его книгу «Корни дуба», об англичанах. Я очень любила «Литературную газету», ее публикации.
— А из современных журналистов кого бы отметили?
Мне нравилось, как Владимир Яковлев, сын Егора Яковлева возобновил издание газеты «Коммерсант». Очень достойное, серьезное издание. И экономисты, пишущие о проблемах в «Коммерсанте» высокого уровня. Наши московские газеты интересные. Александр Куприянов, недавно ушедший, главный редактор «Вечерней Москвы» . Помню его предшественников, Индурского, Валерия Евсеева, Лисина. Но Куприянов сделал очень большой шаг, интересно перестроил работу газеты. Целый ряд изданий, которые работают профессионально. Отметили недавно сто лет «Учительской Газете». Такие газеты для профессиональных читателей очень нужны.
— Кто, на ваш взгляд, определил лицо профессии в последние десятилетия?
— Обо всех них мы написала в нашем двухтомнике. Мы его называем «журналисткой энциклопедией», там 360 имен. Начинается с Татьяны Тэсс и журналистов, работающих в годы Великой Отечественной войны. Потом Бовин, Овчинников… Журналисты нынешнего поколения, которые блестяще работают. Произошла удивительная метаморфоза: наша российская журналистика стала все больше обретать женское лицо. Такое интересное явление.
— Женщины берут реванш? Завоевывают территории, которые раньше занимали только мужчины? Знак времени?
— Я приверженца возврата матриархата. Преклонялась перед Екатериной, нашей царицей. И считаю, надо больше давать дорогу и власти женщинам. Как она рождает на свет человека, пускает его в мир, перенеся огромные муки, так она может и выстраивать новые отношения между государствами и людьми. Она его никогда по доброй воле не пошлет на войну. И будет бороться за то, чтобы жизнь на земле продолжалась. У нас и на курсах по безопасности «Бастион», и в освещении конфликтов, женщины себя проявляют блестяще. Ира Куксенкова из «МК» и другие очень достойно себя ведут в экстремальных условиях. Во время ковида журналистки бесстрашно работали в «красной зоне». Женщины молодцы. Ядвига Юферова из «Российской газеты», Ева Меркачева из «МК», Ольга Кузьмина из «Вечерней Москвы», их немало.
— Какое, на Ваш взгляд, самое важное качество журналиста?
— Честность, правдивость. Этого люди ждут от нас. Недаром существует старая пословица: «Что писано пером, не вырубишь топором». Если бы мы все это соблюдали, жизнь была бы интереснее и лучше.
— Зачем нужен союз журналистов? Какова его задача в наши дни, в цифровой век?
— Любая общность людей себя оправдывает. Индивидуалист может прожить приятную, интересную жизнь. Но когда есть сообщество, когда мы в кулаке, гораздо быстрее можно решать проблемы. Я немного огорчена нынешним положением дел в союзе журналистов. Раньше к нам стояла очередь. Решалось много житейских проблем. Не только в пору дефицита, когда нельзя было просто купить автомобиль, даже пишущую машинку, их, я помню, «выбивали» из министерства для членов союза…Но главное — было престижно иметь иметь эти «корочки», перед которыми многие закрытые обычно двери открывались. . До недавнего времени численность нашего союза была была более 15 тысяч человек. Сейчас многие журналисты возомнили себя индивидуумами, которые сами могут все решать. Деньги есть, купил любую машину, поехал путешествовать в любую страну, купил квартиру… То, что надо держаться сообща, это к людям приходит тогда, когда они попадают в переплет или в беду, тогда они бегут к нам. Восемь тысяч ветеранов сейчас у нас на учете, многим надо помочь.. Мошенники обманывают, иногда чиновники. «Помогите!Защитите!» А так, чтобы по зову души быть в профессиональном сообществе — этого стало меньше. Я считаю, что только объединившись в творческий союз, как есть союз кинематографистов, писателей, можно решить глобальные проблемы.
И обращаюсь к молодежи: не игнорируйте союз журналистов! Вступайте!
Надо сказать, нас в целом не забывают. Все рвутся попасть на курсы «Бастион» и пишут мне. Курсы уже 20 лет помогают журналистам, которые работают в экстремальных ситуациях, подчас помогают сохранить жизнь. Еще при Юрии Михайловиче Лужкове мы начали выдавать премию за лучшую работу года. Теперь при поддержке Сергея Семеновича Собянина она составляет один миллион рублей. Она весомая, зримая и почетная. Надеемся установить памятник погибшим журналистам…
Но важно, чтобы нас было больше, чтобы солидарность была реальной и зримой…
— Вас называют «мамой московских журналистов». Вы многим помогли и помогаете. Что считаете самым главным успехом ?
— Все это преувеличено. Я обычный человек, который полюбил эту работу и любит людей, которые меня окружают. Самыми знаковыми нашими победами, нашего маленького аппарата, который работает, и членов Президиума — я считаю строительство домов, 11 кооперативных домов. Были льготы на строительство. Это дорого стоило. Мы стараемся внушать руководителям города, правительственных учреждений, что журналисты достойны всяческого уважения. В правительстве Москвы, награждая меня за многолетие служения Москве и журналистике, сказал: «Ты такая наглая, в лучших ресторанах Москвы принимаешь журналистов в День российской прессы». Я ответила: «Журналисты этого достойны». И когда я пишу письмо министру обороны или руководителям департаментов, председателю или членам Совета федерации или депутатам, я прошу прийти на день Российской печати, проявить свое уважение и отметить лучшую работу года. Мне нравится, что нам это удается. Руководители министерств и ведомств приходят с добрыми словами, с подарками, дипломами и приветствиями. Важно, чтобы общество и государство высказали каждому журналисту свое уважение, уважение к профессии и титаническому труду.
— Каково работаь с Павлом Гусевым? Бывают ли у вас споры?
— Расхождений и больших споров никогда за 35 лет не было. Мы идем ноздря в ноздрю, плечо к плечу. Я его очень уважаю, как журналиста, менеджера. «МК» — кузница интересных кадров. Оба думаем о том, как помочь каждому журналисту, члену нашего цеха..
— Как Вам удавалось добиваться невозможного, переубеждать начальников? Каков ваш личный секрет?
— Пусть это останется моим секретом.
— Что Вам не удалось?
— Очень многое, к сожалению. Это рвет мне сердце. Не удалось спасти моего мужа. Считаю это ошибкой врачей. Не сумела спасти единственного сына, не могли дозвониться до «Скорой». Я и их не вернула, и не добилась, чтобы наказали виновных. Это моя самая большая беда.
— Награды, звания, что для вас самое дорогое?
— Отношение людей. Я бы хотела быть полезной людям. И когда мне это удается — самое главное. И когда я что-то делаю, у меня получается что-то важное для журналистов — это самое дорогое, дороже всех наград.
— Ваше пожелание молодым?
— Старшеклассников призывают сейчас пойти в самые разные вузы, колледжи, осваивать полезные и важные профессии. Это правильно.
Но я призываю идти в журналистику. Рассказывать о людях, о нашей стране, использовать те средства, благодаря которым эти рассказы становятся достоянием всего мира, благодаря таланту и мастерству рассказчиков…. Не самая высокооплачиваемая, не самая спокойная, но самая лучшая в мире профессия — журналист.
— Ваше пожелание себе в канун юбилея?
— Пожить еще на этом свете и побыть с любимым внуком еще хоть сколько Богом будет отпущено.
